Чешский центр в Москве – площадка для опальных российских кинорежиссеров

22-07-2016

Оглядываясь на прошедший недавно 51-й Медународный кинофестиваль в Карловых Варах, предлагаем вашему вниманию продолжение беседы с российским документалистом Виталием Манским (начало в «Богеме» от 15.07.). Автор представленных в Чехии картин «Родные» и снятой при чешском участии «В лучах солнца» поясняет, почему для него столь важно сотрудничество с чешскими коллегами, как и с Чешским культурным центром в Москве и сохранение связи с мировой аудиторией.

Картинки с выставки тоталитарного общества

Северокорейская школьница Зин Ми, Фото: kviffСеверокорейская школьница Зин Ми, Фото: kviff Напомним, что Виталию Манскому разрешили снять документальную ленту «В лучах солнца», первый российско-северокорейский фильм, при условии, что за основу будет принят северокорейский сценарий. Это должно было гарантировать восславление строя КНДР и счастливой жизни ее населения. Почему эту работу доверили именно Манскому? Северокорейцы полагались на то, что режиссер снимал фильмы о Путине, и, следовательно, не подведет. Съемочная группа «удостоилась» пристального внимания со стороны приставленных к ней тамошних цензоров. Ленту и снимали по большей части сообразно представлениям Пхеньяна, однако в редких случаях режиссеру удавалось подглядеть за буднями жителей самой закрытой страны мира с помощью скрытой камеры. В центре фильма – 8-летняя школьница Зин Ми, дочь журналиста и сотрудницы столовой; режиссеру предоставили самому выбрать героиню, которая вступает в пионеры и готовится к торжествам в связи с юбилеем Ким Чен Ына.

Манский снял фильм с «двойным дном», увязав отдельные его кадры с несколькими дублями одних и тех же сцен, включая фрагменты, где инструкторы наставляют девочку и ее родителей, как следует достоверно изображать радость и счастье. К работе над этими картинками с выставки тоталитарного общества также были привлечены чешские коллеги. Слово –Виталию Манскому.

«Это уже четвертая моя совместная работа с Чехией. В этом смысле я чувствую заинтересованность чешской аудитории, своих профессиональных друзей и коллег. Когда ты лишаешься поддержки своей родины, и тебя практически вводят чуть ли не в режим запрета на профессию в России, такая дружеская профессиональная копродукция с Чехией дает тебе уверенность, что ты спокойно можешь делать и следующие картины и не терять связь с чешской и вообще с мировой аудиторией, что пока нам, слава богу, удается».

– Планируются ли дальнейшие картины, и в рамках таких планов также дальнейшее сотрудничество с чешскими коллегами?

Виталий Манский, Фото: kviffВиталий Манский, Фото: kviff «Да, вот сейчас я готовлюсь к фильму, очень важному и очень интересному. Он, что совершенно очевидно по тому материалу, на котором фильм будет базироваться, привлечет огромный интерес во всем мире. Мы уже предварительно переговорили с нашими чешскими друзьями, они готовы войти в этот проект, и я этому безумно рад. У меня уже как-то так получается, что раз в два года я приезжаю на пару месяцев в Прагу, снимаю квартиру и живу рабочими буднями чешской столицы. Мне это очень нравится, это очень комфортно, в чем-то Прага мне напоминает мой родной Львов, в котором я родился, и в общем говоря – «мир, дружба, кока-кола».

– Раз уже вы приоткрыли завесу над будущей работой – какой темы она будет касаться?

«Знаете, это, откровенно говоря, пока оставим без комментариев, потому что это – очень эксклюзивная история и не менее … »

– Проводя несколько лет в Праге и при более тесном, я предполагаю, сотрудничестве с цехом чешских документалистов вы ознакомились и с их творчеством?

«Я не только знакомлюсь с ним, когда пребываю здесь, в Праге, чешское документальное кино присутствует на крупнейших мировых фестивалях, все мы знаем и любим чешскую школу документального кино. И я устраивал на фестивале AРТДОКФЕСТ, который мы чудом до сих пор умудряемся проводить на территории России, ретроспективу чешского документального кино. Так как я очень симпатизирую Чехии и каким-то чешским демократическим институтам, мы так или иначе к Чехии возвращаемся. Мы возвращались к 1968 году в контексте событий на Украине и делали такую небольшую ретроспективу из трех фильмов – там была одна советская идеологическая картина, которая оправдывала ввод войск в Прагу, она называется «К событиям в Чехословакии», а с другой стороны мы показывали чешские картины об истинном положении дел и о судьбах, которые были сломлены этой дружеской непрошенной «помощью» Чехии.

Филип Ремунда, Фото: Яна Шустова, Чешское радиоФилип Ремунда, Фото: Яна Шустова, Чешское радио И, конечно, я дружу со многими документалистами, – особенно у меня тесные дружеские отношения с Филипом Ремундой, который является в том числе и продюсером от Чехии (фильма «В лучах солнца» – прим. ред.), поэтому в этом смысле Чехия – очень близкая страна. И, кстати сказать, мы даже сейчас обсуждаем с Чешским культурным центром в Москве, который расположен на территории чешского посольства, – они нам всегда протягивают руку помощи, что часть программы будет проходить как бы не на территории Российской Федерации, а в чешском центре.

Чешский центр помогает нам в поддержке чешских программ, которые мы представляем, и в организации приезда участников фестиваля, а в этом году мы обсуждаем организацию революционной в чем-то акции, учитывая сужение свобод в России и цензуру, возможности показа части картин - это нам предложил Чешский культурный центр, на своей территории, тем самым выводя их из-под (регулирования в области) законодательства Российской Федерации. Потому что формально Чешский центр хоть и находится в Москве, но на территории чешского посольства, а значит на территории Чехии. У нас есть план: какие-то картины, которые нам не дадут показать на других площадках в России, мы, возможно, будем показывать на территории Чешского культурного центра. Поэтому с Чехией действительно очень теплые и тесные отношения, и я слежу за происходящим в Чехии, и знаю, что у вас возникают какие-то конфликты, недопонимания. Я это очень близко воспринимаю к сердцу, потому что это для меня – уже понятная, близкая страна».

Эхо манифеста «Реальное кино»

– Вы является автором манифеста «Реальное кино», – какова была его цель, и как складывалась судьба манифеста?

«Дзига Вертов: революционер документального кино», Фото: Чехословацкий киноинститут«Дзига Вертов: революционер документального кино», Фото: Чехословацкий киноинститут «Мне кажется, что лет 10-15 назад произошла абсолютная революция в документальном кино. Она была связана с появлением цифровых технологий, которые принципиально изменили степень возможного погружения автора в пространство описываемых им событий. И нужно было сформулировать новые правила, законы, провозгласить некие может быть даже этические нормы для тех, кто с этим согласен, потому что манифест ведь – не закон, не декрет о том, что с завтрашнего дня «Земля – крестьянам! Фабрики – заводам!». Манифесты в искусстве и в документальном кинематографе – это не мое know-how. Mанифест был у Дзиги Вертова (выдающийся представитель российского документального кино 1920-30 гг. В Чехословакии в 1974 году вышла монография Антонина Навратила «Dziga Vertov: revolucionář dokumentárního filmu» – прим. ред.), который считал, что кинематограф должен быть исключительно документальным, и очень жестко относился к любым формам игрового кино, но нужно понимать, что тогда игровое кино было в большей степени развлечением, и он выступал против фокусов, аттракционов и развлечения. Сегодня игровое кино, что совершенно очевидно, величайшее аудиовизуальное искусство, но документальное кино приобрело некий принципиально новый инструментарий, и я вот в каком-то смысле его сформулировал. Этот манифест был опубликован в журнале «Искусство кино», он имел очень большой резонанс в России и на каких-то других фестивалях, и сейчас – вне зависимости, соглашаются ли с ним кинематографисты или нет, – очень многие живут и работают в рамках этого манифеста, даже если они его никогда не читали»,

– отмечает документалист Виталий Манский, один из российских гостей Карловарского кинофестиваля нынешнего года.

22-07-2016