«Поэзия русских поэтов-эмигрантов нам интересна, потому что раньше мы о ней мало знали»

18-12-2004

В одной из наших передач мы рассказывали вам, что при поддержке министерства культуры в Чехии были опубликованы две книги переводов произведений русских поэтов - «Тяжелая лира» Владислава Ходасевича и «Римские элегии» Иосифа Бродского. Эту тему мы продолжаем в рубрике «Богема».

В сборник «Тяжелая лира» вошли избранные произведения Владислава Ходасевича. Среди них - около 80 стихотворений, прежде всего, из книг «Путем зерна», «Тяжелая лира» и «Европейская ночь». Послушаем отрывок из «Баллады» - произведения, которое было создано поэтом во Франции летом 1925 года.

«Мне невозможно быть собой,
Мне хочется сойти с ума,
Когда с беременной женой
Идет безрукий в синема.

Мне лиру ангел подает,
Мне мир прозрачен, как стекло,
А он сейчас разинет рот
Пред идиотствами Шарло.

За что свой незаметный век
Влачит в неравенстве таком
Беззлобный, смирный человек
С опустошенным рукавом?

Мне хочется сойти с ума,
Когда с беременной женой
Безрукий прочь из синема
Идет по улице домой.

Ремянный бич я достаю
С протяжным окриком тогда
И ангелов наотмашь бью,
И ангелы сквозь провода

Взлетают в городскую высь.
Так с венетийских площадей
Пугливо голуби неслись
От ног возлюбленной моей...»

Что привлекает Вас в творчестве русских писателей-эмигрантов? - спросили мы переводчика стихотворений, вошедших в сборник «Тяжелая лира» - поэта Петра Борковца.

- Для меня оно представляет интерес в силу разных причин. Прежде всего, потому, что раньше мы ее очень мало знали.

Несколько лет назад была издана Ваша книга переводов Владимира Набокова. Вы также переводили поэзию Юрия Одарченко, Георгия Иванова, Зинаиды Гиппиус, Теффи, Евгения Рейна... Что послужило импульсом для Вашей переводческой деятельности?

- В середине 90-х годов Мартин Путна подготовил к изданию книгу «Россия за пределами России». Эта публикация стала первой законченной монографией, посвященной русским эмигрантам - писателям, философам, политикам, художникам и так далее. Издатели хотели, чтобы отдельные главы были иллюстрированы стихотворениями, которые до сих пор не были изданы. Что касается Ходасевича, из того, что он написал в эмиграции, на чешский язык переведено было очень мало, - рассказывает Петр Борковец.

В сборник «Тяжелая лира» включены также 7 очерков Ходасевича в переводе преподавателя пражского Карлова Университета Милуши Задражиловой:

- В заключении «Очерков» мы поместили размышления о гибели искусства, зародившегося в мире постепенно исчезающих религиозно-христианских ценностей. Носителем и бережным хранителем этих ценностей был Ходасевич, надеявшийся на спасение от духовного опустошения. Об этом же говорится и произведениях Иосифа Бродского.

А вот какова точка зрения госпожи Задражиловой на роль эмиграции в становлении творческой личности Бродского:

- Бродский принадлежит к тем деятелям искусств, которым вынужденная эмиграция, как это ни парадоксально, пошла на пользу. Она не только принесла ему международную известность и привела к вручению Нобелевской премии. Именно там ему удалось достичь уникального синтеза мало совместимых элементов: формальной отточенности, присущей русской поэтической культуре, англосаксонской системы ценностей, глубокой христианской духовности и еврейской чувствительности. Он стал поэтом действительно универсальным.

«Обними чистый воздух, а-ля ветви местных пиний:
в пальцах - не больше, чем на стекле, на тюле.
Но и птичка из туч вниз не вернется синей,
Да и сами мы вряд ли боги в миниатюре...»

«12 Римских элегий», отрывок из которых только что прозвучал в исполнении автора перевода Маики Арнаутовой, в Чехии были полностью опубликованы впервые. «Какую новую грань поэзии откроют они, по-Вашему мнению, современным чехам?» - спросили мы госпожу Арнаутову:

- Чешская современная поэзия все более отдаляется от традиций. В большинстве своем она написана свободным стихом. Поэтому правильный стих для чешских читателей ассоциируется с прошлым. Бродский - тот тип поэта, который соединяет русскую стихотворную культуру с совершенно современной фантазией и образным мышлением. Собственно, его даже можно назвать постмодернистом, потому что он обожает такие приемы, как цитаты, обыгрывание разных тем. Благодаря своей эрудиции и поэтическому таланту, он сохраняет для нас культурное наследие, которое, уже казалось, конец, выбросим.

Каковы основные сложности перевода поэзии Иосифа Бродского на чешский язык?

- На чешский язык он очень трудно переводится, потому что в чешском языке ударение всегда на первом слоге, а в русском, как известно, ударение разнообразное. Потому, когда переводить две неударные и одну ударную - это ужас на чешском. Но, чем труднее задача, тем, конечно, интереснее этим заниматься.

Чем заинтересовал этот писатель лично Вас?

- Я занималась как литературовед, так называемым, Серебряным веком русской поэзии, главным образом, акмеистами, не авангардом... Потому, наверное, Бродский меня заинтересовал, потому что он был антиавангарден, он был против авангардных стихотворных попыток, потому что считал, что традиция стихотворная имеет такую ценность, что ломать ее и бросать за борт парахода (уже не помню, как выразился Маяковский) совершенно не имеет смысла. И потому, что он был последователем моих любимых писателей Мандельштама, Цветаевой, Ахматовой, Пастернака и Есенина.

Планируете ли Вы и в дальнейшем заниматься переводами произведений Иосифа Бродского на чешский язык?

- 20 стихотворений я переводила 12 лет. Поэтому, когда меня просят перевести «Венецианские строфы», я говорю: «Подождите еще 20 лет», потому что это - еще более сжатая форма:

«Так смолкают оркестры. Город сродни попытке
воздуха удержать ноту от тишины,
и дворцы стоят, как сдвинутые пюпитры,
плохо освещены.
Только фальцет звезды меж телеграфных линий -
там, где глубоким сном спит гражданин Перми,
Но вода аплодирует, и набережная - как иней,
Осевший на до-ре-ми».

18-12-2004