Творчество Орлика: Жизнь общества на переломе двух столетий

25-02-2004

Чешский график и гравер Эмиль Орлик, выставка картин которого открылась в пражском Еврейском музее, в течение всей своей жизни являл собой пример неутомимого экспериментатора и внес новаторский подход в многие области изобразительного искусства. Может быть, именно в этом и проявляется современность и актуальность художника, родившегося в 1870 г. в Праге, в районе на границе Старого и Еврейского города.

Созданные им портреты, представляющие наиболее обширную часть его творчества, принесли ему известность на переломе 19 и 20 веков, однако широкой общественности Эмиль Орлик сегоня не известен. После прихода нацистов к власти художник еврейского происхождения был вычеркнут из списков авторов, выставляющихся на оккупированной немцами территории. После войны, по словам куратора выставки Арно Паржика, старые вещи вышли из моды, и Орлик был забыт. А когда в 60-е о нем вспомнили, то оказалось, что теперь камнем преткновения для возвращения Орлика на художественную сцену стала его принадлежность к немецкоговорящему кругу людей искусства.

- Можно сказать, что творчество Орлика несет на себе отпечаток того времени, которое было иным и отличалось от современного, было более либеральным и свободным. Границы внутри Европы тогда не играли той роли, какая им была определена позже. Я думаю, что и в этом кроется определенная прелесть его картин, все еще привлекающая зрителей. В творчестве Орлика видно, что ему удалось изобразить жизнь общества конца 19-го века, общества людей искусства, когда возникали такие центры как, к примеру, в Мюнхене, где собирались писатели, музыканты, философы и молодые люди, или в Вене и Праге. В Праге эта группа не была так многочисленна, но приход нового в искусстве был ею также сильно переживаем,

- говорит куратор выставки Арно Паржик.

Несколько лет Орлик учился в мюнхенской художественной Академии. В 1899 стал членом Венского Сецессиона - другой сильной ветви модерна начала 20 века - и стал печатать свои работы в выходящем здесь «Ver Sacrum». В этом же журнале поэт Райнер Мария Рильке опубликовал статью о нем (мы уже упоминали ранее о дружбе Рильке и Орлика). К этому периоду относится и его первая самостоятельная выставка весной 1900 г. в Моравском художественно-промышленном музее в Брно, а также последовавшее после нее годовое путешествие в Японию.

Арно Паржик:

- Он постоянно рисовал людей и их карикатуры, но также создал огромное количество иных произведений. Портреты интересуют нас, главным образом, с культурно-исторической точки зрения. Орлик был также страстным путешественником. Посетил Японию, Китай, был в России, Африке, Египте. Его ужасно интересовали иные культуры и традиции. Он способен был подхватить и запечатлеть увиденное - сказался опыт работы в мастерской пошива одежды, владельцем которой был его отец Мориц. А когда он делал эскизы костюмов для театра (это еще одна ипостась его деятельности), портные не могли нарадоваться - платье шилось легко, так как Орлик рисовал эскизы со знанием портновского ремесла.

С театральной средой, позволившей ему досконально изучить выражение лица и переменчивость актерских перевоплощений, связана значительная часть работ Орлика. Кроме эскизов к костюмам, он подготовил ряд сценографий для выдающегося режиссера Макса Рейнхардта, возглавлявшего Немецкий театр в Берлине почти тридцать лет, и запечатлел такие личности как Луиджи Пиранделло и Герхарда Гауптманна - оба были писателями-драматургами, впоследствии ставшими нобелевскими лауреатами, австрийского художника-экспрессиониста и драматурга Оскара Кокошку, многих замечательных актеров того времени. На пражской выставке показаны также литография датской звезды Асты Нильсон и рисунок «сухой иглой», изображающий Лил Даговер.

Альбом для набросков, непременно сопровождавший Орлика, пестрел портретами писателей Томаса Манна и Максима Горького, в то время проживавшего в Берлине. Увековечены были пражским портретистом и композиторы Антон Брукнер, Рихард Штраус и Густав Малер. К берлинскому периоду его творчества относятся и несколько портретов Альберта Эйнштейна, один из которых изображает значительного ученого играющим на скрипке в 1924 г. На ней Эйнштейн написал:

Наука все же не пустяк,
Коль сей скрипач такой толстяк

Репутация блестящего рисовальщика и портретиста способствовала тому, что Эмиль Орлик был приглашен статс-секретарем министерства иностранных дел Германии Рихардом фон Кюльманом на Брест-Литовскую мирную конференцию, охарактеризованную Л. Троцким как «самую причудливую комбинацию, какую только могла создать история». В течение целого февраля 1918 г. Орлик трудился над изображениями представителей отдельных делегаций Четверного союза Германии, Австро-Венгрии, Болгарии и Турции, а также Украины и Советской России. Он создал ряд точных, хотя и в некоторой степени идеализированных портретов всех участников конференции, а также серию карикатурных литографических изображений, изданных в 1918 г. отдельным альбомом «Брест-Литовск».

Благодаря великодушному дару супругов Боллаг из США Еврейскому музею Праги посетители выставки впервые могут сравнивать эти два столь разные циклы изображений политических фигур прошлого. Кроме художественных достоинств, предзнаменующих портретное творчество Эмиля Орлика 20-х годов 20 века, данное собрание является, пожалуй, также единственным изобразительным свидетельством мировой конференции, так как официальная ее картина никогда не была написана.

25-02-2004