«Вы - русский оркестр и должны играть русское»

23-10-2002

Двенадцатый музыкальный фестиваль «Пражская осень» в этом году завершился выступлением Национального симфонического оркестра Украины. По традиции в заключительной программе фестиваля прозвучали симфонические произведения Антонина Дворжака. Кроме того, оркестр порадовал поклонников русской классической музыки «Картинками с выставки» Модеста Мусоргского. После концерта редактору Радио Прага удалось пообщаться с главным дирижером украинского оркестра Теодором Кучаром. Материал подготовила Ася Чеканова.

Логотип музыкального фестивала «Пражская осень»Логотип музыкального фестивала «Пражская осень» Начну с того, что представлю своего собеседника. Теодору Кучару 42 года. Его родители – украинцы, но учился Кучар в Америке, он и сейчас там живет и работает. Окончив Институт музыки в Кливленде, Теодор Кучар выступал как скрипач и альтист в составе ведущих оркестров Кливленда и Хельсинки. Художественным руководителем и дирижером украинского оркестра он стал в 1994 года, хотя работать с этим музыкальным коллективом начал с 1992 года. Тогда киевский оркестр еще носил советское название – Украинский государственный симфонический оркестр.

«Я и мой оркестр (я в нем главный дирижер), мы с этим оркестром вместе уже 10 лет. За это время мы записали 65 компакт-дисков для американской фирмы «Наксос», у нас на счету 9 международных поездок. Мы были в Австралии, Гонконге, Сингапуре, Англии, Шотландии. Два раза играли в Испании, несколько раз в Голландии, а 6 месяцев назад у нас состоялся концерт во Франкфурте. В принципе, до того времени, когда я стал главным дирижером этого оркестра, он не был известен за границей. Только жители Украины знали этот коллектив как государственный оркестр из Киева. Или как советский государственный оркестр из Киева. И вот меня пригласили на это место».

«Большой проблемой было то, что я был скрипачом, но мое сердце мне говорило – я хочу стать дирижером. Но это не такая простая ситуация. Мне люди говорили: «Теодор, найдите себе место концертмейстера в европейском оркестре, в хорошем европейском оркестре. И ты увидишь, что через месяц о тебе будут знать все. Ты как дирижер будешь нарасхват. Так я стал концертмейстером в Хельсинки. С симфоническим оркестром этого города я проработал 4 года. Но уже через 4-5 месяцев то, что мне предсказывали, сбылось. Одну неделю я играл в оркестре, вторую неделю – дирижировал в финской национальной опере или в филармонии Осло или в оркестре Стокгольмского радио. И представьте, в 22 года у меня было фантастическое положение. Я зарабатывал фантастические деньги. Но самое главное – я никогда не считал это своей работой: дирижировать, а завтра играть в оркестре. Я считаю это своим хобби».

Кучар – самый настоящий трудоголик. Предложения работы на него сыплются нескончаемым потоком, и он не отказывается от них, успевает работать одновременно в нескольких местах. Так, с 1996 года он занимает должность дирижера и музыкального руководителя оркестра Филармонии Боулдера (штат Колорадо). А одновременно преподает на оркестровом отделении Музыкального колледжа штата Колорадо – одного из наиболее престижных музыкальных институтов США.

«Когда мне было 26 лет, я часто ездил по Европе. В 1987 году я получил первую должность главного дирижера. Это было в Бризбене (Австралия). Квинслендский симфонический оркестр в Бризбене. Тогда я много дирижировал в австралийских оперных театрах – в Мельбурне, в Сиднее. А в 1992 году, после развала Советского Союза, украинский симфонический оркестр начал искать возможность сотрудничества с новым дирижером».

До этого Теодор Кучар никогда не работал в Киеве. И вот его приглашают поработать приглашенным дирижером в украинский оркестр.

«Я был шокирован. Как можно работать приглашенным дирижером в оркестре, если у него нет денег на билет, чтобы я прилетел, у него нет денег на гонорар для меня? Ну, бедная там страна, кризис. Но генеральный директор оркестра в Австралии мне сказал: «Знаете что, Теодор, мы вам купим билет в Киев, мы вам оплатим гостиницу, когда вы еще туда съездите?». Когда музыкант ездит на гастроли, перед ним всегда открываются новые возможности, поэтому я согласился один раз съездить в Киев. И наш первый контакт с украинским симфоническим оркестром меня потряс. Оркестр, в принципе, был неплохой, но не скажешь, что высший класс. Но самая большая беда у него и у всех советских оркестров одна - у них очень маленький репертуар. Кроме того, все музыканты обучены играть как солисты, но не как единый оркестр».

Тем не менее, Теодор Кучар сразу понял, что у Национального оркестра - большой потенциал, а музыканты, работающие в нем, - настоящие профессионалы. С приходом Кучара для оркестра началась новая жизнь – заграничные гастроли, запись компакт-дисков... По словам дирижера, в начале 1990-х годов музыканты зарабатывали за 2 недели больше, чем им ранее платили за год.

- Господин Кучар, каким образом Вы с оркестром попали на пражский фестиваль?

«Я вам честно хочу сказать, что Прага – мой самый любимый город во всем мире. Но последние два года мне не представлялось возможности дирижировать в Праге. На «Пражскую осень» меня пригласил директор этого фестиваля Павел Шпирог - выступать с пражским симфоническим оркестром, и я был очень обрадован, даже шокирован, что меня, наконец, нашли, и появилась возможность дирижировать в Праге. Но моей мечтой было приехать в Прагу со своим оркестром. И тогда я попросил господина Шпирога о возможности приехать с украинским оркестром».

Так Национальный симфонический оркестр Украины оказался в Праге.

Я попросила Теодора Кучера рассказать о произведениях, которые он привез на «Пражскую осень».

«Я могу сказать, что концерт Дворжака для виолончели и оркестра – это лучший концерт не только для виолончели, но и для любого музыкального инструмента. Этот концерт - лучшая симфония из того, что написал композитор. Почему-то господин Шпирог хотел, чтобы фестиваль завершился «Картинками с выставки» Мусоргского. Но, честно говоря, это такое произведение, которое мне приятнее слушать, чем дирижировать. Я просил Шпирога разрешить нам сыграть что-нибудь из Шостаковича или Прокофьева, а он мне ответил: «Вы - русский оркестр и должны играть русское». Ну ладно, русский так русский - компромиссов нет».

Знатоки музыки, наверняка, обратили внимание, что «Картинки с выставки» Мусоргского прозвучали на заключительном концерте фестиваля не в традиционной оркестровой обработке Мориса Равеля. Оркестр отдал предпочтение варианту композитора Сергея Горчакова.

«Оркестровка Горчакова более русская по характеру – говорят многие, и я с этим согласен. Оркестровка Равеля – блестящее произведение, безусловно, но когда слушаешь вариант Горчакова, там есть такие моменты, что закрой глаза и кажется, что ты слушаешь «Хованщину» или «Бориса Годунова». Считается, что оркестра Равеля ничего общего с Мусоргским не имеет, это сам Равель. А вот оркестровка Горчакова – это все равно, что Мусоргский сам бы написал оркестровку к своему произведению».

23-10-2002