О несгибаемости русского характера

30-08-2004

Потягивая свое пенистое, чехи прислушивались к происходящему за стенкой и время от времени морщились. За стенкой гуляли русские. На мероприятие под кодовым названием «Русская веселуха» в пражский выставочный центр «Манес» меня затащили подруги. Там намечался концерт. «Ну, чего ты, пойдем, музыку послушаем, развлечемся».

Пражский выставочный центр «Манес»Пражский выставочный центр «Манес» Пришли. Огромный зал, чем-то смахивающий на столовую, накурено. Средний возраст присутствующих - у женщин баба ягодка опять, у их спутников - седина в голову, бес в ребро. Местная знаменитость, чья фамилия у меня ассоциируется с немецкой швейной машинкой, уже мял в руках микрофон. Заунывно тянул: «Ах, какая женщина, мне б такую». Я обсмотрела присутствующих дам. Какую же ему хочется? Может вон ту, за столиком в углу - обесцвеченные перекисью волосы, боевой раскрас? Или вон ту, что выделывает кренделя у сцены - шиньон и кофта с люрексом? Клуб для тех, кому за..., вот что это такое, сообразила я. Для русских, которых судьба по ошибке забросила на чужбину. Это ж надо так законсервироваться, с невольным восхищением думала я, разглядывая бойких бабенок, вальсировавших друг с другом у сцены. Годы живут они в Чехии, а выглядят так, как будто только что сошли с поезда «Москва-Прага». По привычке спят в бигудях и травят волосы перекисью, по привычке покупают наряды «как дома», стойко сопротивляясь соблазнам чешских магазинов. Народ веселился, за соседним столиком затянули «Катюшу». За окном плескалась Влтава, а я не могла отделать от ощущения, что я дома, в России.

30-08-2004