Чехословакия - страна не для каждого коммуниста

06-04-2016

В послевоенные годы, в рамках дружеской помощи политическим эмигрантам из Западной и Южной Европы, Советский Союз решил предоставить им убежище не только на своей территории. Такую помощь коммунисты, бежавшие от притеснений у себя на родине, нашли и в других государствах Восточного Блока. Как складывалась их судьба в Чехословакии – в нашей сегодняшней передаче цикла «Исторические прогулки».

Эмигранты-коммунисты из Югославии (Фото: Архив Института по изучению тоталитарных режимов)Эмигранты-коммунисты из Югославии (Фото: Архив Института по изучению тоталитарных режимов) Оказавшись в Чехословакии, эмигранты-коммунисты из Югославии, Италии, Испании и Греции, жили преимущественно на средства, которые им предоставляла коммунистическая партия. Они рассчитывали на то, что пребывание их в стране – временное, и что у них на родине должен произойти переворот, после которого они смогли бы вернуться домой. Однако со временем стало очевидно, что коммунистического переворота в этих странах не будет, поэтому волей-неволей большинству переселенцев пришлось включиться в чехословацкую реальность, выучить чешский язык, которого многие из них не знали. На протяжении ряда лет, руководство коммунистических партий государств, эмигранты из которых нашли убежище в Чехословакии, хотели удержать над беженцами контроль. Поэтому они требовали, чтобы эти группы содержали вместе, и, по возможности, отдельно от чехословацких граждан. Партийные органы чехословацких коммунистов поначалу этому не препятствовали и даже шли навстречу. Так, почти все беженцы из Югославии нашли пристанище в Праге. Первые беженцы из Испании – также в Праге, а затем – в Усти-над-Лабем, итальянцы – также, как правило, размещались в крупных городах (Прага, Брно, Усти-над-Лабем). Греки нашли убежище в горах Восточной Чехии и Северо-восточной Моравии, то есть местах, откуда было выселено немецкое население. Эти географические условия напоминали им их родину, Северную Грецию, откуда большинство из них приехало. Конечно, со временем, эти люди стали рассредоточиваться по всей территории Чехословакии. Между тем, некоторые из греков находились под наблюдением Службы госбезопасности вплоть до 1990-го года.

Фото: Архив Института по изучению тоталитарных режимовФото: Архив Института по изучению тоталитарных режимов «Интересно то, что все эти эмигранты были преимущественно «левого» толка, причем, большинство из них были ультралевыми. Разумеется, что все люди, которые прибывали в Чехословакию, проверялись, если выяснялось, что они хотят получить политическое убежище. Помощь в проверке осуществляли и те, кто уже находился здесь, причем, зачастую, они были даже более усердными, чем чехословацкие органы безопасности. Например, греки предлагали «политически ненадежных» в некоторых случаях расстреливать или же отправлять их на долгие годы за решетку. Далеко не каждый беженец, приехавший в Чехословакию, получал политическое убежище и принимался в ряды политической эмиграции. Статус политического эмигранта давал ему право на определенное обращение, достоинство и ряд выгод. То есть, расходы на его деятельность возмещались из средств чехословацкого государства. Если он не соответствовал определенным критериям, то существовал ряд наказаний, самым жестким из которых была депортация из республики», - рассказывает историк Милан Барта из Института по изучению тоталитарных режимов.

Из Греции прибыло много детей без родителей (Фото: Архив города Усти-над-Лабем)Из Греции прибыло много детей без родителей (Фото: Архив города Усти-над-Лабем) Итак, большая часть иммигрантов попадала в Чехословакию через польские порты, а затем – поездом к чехословацким границам. Некоторые прибывали очень торжественно (например, греки и испанцы), некоторые – тайно переходили границы по поддельным паспортам. На строгой секретности настаивала, прежде всего, итальянская компартия. Доходило даже до того, что беженцу давалась половина купюры, которую в Чехословакии он должен был предъявить определенному лицу, имевшему вторую половину. После приезда в Чехословакию отдельные лица или небольшие группы размещались в специально выбранных отелях или общежитиях, где ожидали проверки и включения в ряды политической эмиграции. Многие беженцы, прибывшие из охваченной военными действиями Греции, находились в тяжелом физическом и психическом состоянии, поэтому они были размещены в изоляторах, где о них стали заботиться сотрудники Чехословацкого Красного креста. Кроме того, когда беженцы разделялись между государствами Восточного блока, их делили не по семьям, а просто по количеству. Таким образом, из Греции прибыло много детей без родителей, которые помещались в детские дома, а воссоединение семей произошло лишь позднее в 1950-е годы.

Прибыв в Чехословакию и разобравшись с всевозможными бюрократическим процессами, коммунисты из вышеперечисленных государств должны были как-то организовать свою деятельность. Однако, и здесь они столкнулись с рядом препятствий, оказавшись в своего рода политическом вакууме.

«Устав коммунистической партии Чехословакии не позволял вести на нашей территории деятельность другим политическим партиям. Это означало, что, например, итальянская или греческая компартии не имели права вести непосредственную деятельность на территории Чехословакии. Здесь нельзя было организовать ячейки этих партий, и эмигранты могли вести свою деятельность исключительно как гости под патронажем чехословацкой компартии, куда их долгое время даже не принимали. В связи с этим, им не удалось занять высоких постов в нашей партии. Тем не менее, позднее, уже в 1970-80-е годы им удалось добиться больших успехов, например, в спорте и, особенно, в культуре. Они, конечно, могли занимать высокие позиции в своих «нелегальных» ячейках эмигрантских партий, но в коммунистической партии Чехословакии у них такой возможности не было», - продолжает историк Милан Барта.

Милан Барта (Фото: Архив Института по изучению тоталитарных режимов)Милан Барта (Фото: Архив Института по изучению тоталитарных режимов) Поначалу большая часть коммунистических эмигрантов не хотела и не планировала получать чехословацкое гражданство, поскольку в 1950-е годы они надеялись, что смогут вернуться домой победителями и стать членами нового политического руководства, которое поведет их страну к социализму. Когда оказалось, что все не так просто, они стали пытаться получить чехословацкое гражданство. Одним из способов была женитьба. Но сначала и таким людям не хотели давать гражданство, их всячески проверяли, в частности, на политическую благонадежность. Лишь в 1960-е годы гражданство Чехословакии стали постепенно выдавать.

Чехословацкая идентификационная карта (Фото: Дан Лукеш, Public Domain)Чехословацкая идентификационная карта (Фото: Дан Лукеш, Public Domain) «Когда они прибыли в Чехословакию, все свои документы они должны были сдать руководству их политической эмиграционной группы. Руководство было обязано передать их чехословацкой компартии, где они собирались и хранились в сейфах. Затем, в исключительных случаях, они даже использовались разведкой, когда по фальшивым документам кто-то выезжал из Чехословакии. Вместо документов им выдавалось разрешение на пребывание в стране сроком на один год, после чего их нужно было продлевать».

Тем не менее, получение гражданства было очень затяжным процессом, и, например, еще в 1980-е годы часть греков были «бездомными», то есть, имели статус лиц без официального гражданства.

«Что касается югославской эмиграции, то она распалась, когда стало очевидно, что Тито останется у власти. Часть из них вернулась домой, часть осталась в Чехословакии, но уже перестала заниматься политикой. Испанцы и итальянцы также, в большинстве своем, нашли в Чехословакии второй дом. Некоторым из них было разрешено вернуться обратно. Нужно отметить, что для многих эмигрантов, оставшихся в Чехословакии, большим шоком стала советская оккупация 1968 года, поскольку большинство из них поддерживало процессы возрождения в чехословацком обществе. Они были настолько шокированы, что многие из них покинули страну в знак протеста против новых политических отношений. Однако в Чехословакии осталась довольно большая группа греков. Сегодня в Чехии их живет около трех с половиной тысяч человек, они являются потомками тех греков, бежавших в 1940-е годы от гражданской войны», - заключает историк Милан Барта из Института по изучению тоталитарных режимов.

Когда стало очевидно, что ряд эмигрантов не будет возвращаться домой, чехословацкое руководство стало думать, как включить их в местную экономическую систему. Средства на проживание и вещи первой необходимости новоприбывшие эмигранты получали от чехословацкой коммунистической партии. Постоянное финансирование было далее невозможным, поэтому было необходимо, чтобы эти люди начали заботиться о себе сами. Чаще всего они трудоустраивались по промышленным специальностям на многочисленных промышленных предприятиях Чехословакии.

06-04-2016