Священная Чехия или Язык святого Яна Непомуцкого

05-01-2004

В 1700-м году в чешском королевстве, казалось бы, все вошло в свою колею. От заключения так называемого «Вестфальского мира», который закончил тридцатилетнюю войну, прошло свыше полвека, все протестанты уже давно находились в эмиграции, и в Чехии, якобы, удалось полностью восстановить единое, католическое вероисповедание. Австрийский император Леопольд Второй правил уже свыше сорока лет, и в его державе почти ничего не происходило. Однако, на самом деле это был один из самых драматичных периодов чешской истории. Одна из самых значительных перемен произошла в области экономики.

Габсбургская монархия уже длительный срок отставала в экономике от бурно развивающегося запада, прежде всего от Англии и Франции, где уже в 17-м веке получил известность так называемый меркантилизм, то есть управляемое вмешательство государства в экономику. Французский метод первыми унаследовали австрийские предприниматели Йоганн Бехер и Филипп Вилем из Горнигка, которые начали в Австрии, и также на территории Чехии организовывать первые мануфактуры. Уже в 1697-м году возникла первая текстильная мануфактура в северо-чешском городе Осек, и впоследствии во многих других городах, прежде всего на севере Чехии. Их владельцами тогда были в большинстве случаев дворяне, так как у мещан еще не было достаточных финансовых средств.

В наши дни данный период у большинства чехов зафиксирован как период жестокий, горький, полный национального гнета, период, прозванный великим чешским писателем-историком Алойсом Йирасеком «периодом темноты», однако действительность, как положено, бывает немного сложнее. Решающую роль при германизации чешского народа, но также при развитии образованности и культурности населения сыграл известный орден иезуитов. Период эпохи барокко - это также небывалый подъем культуры, строительства и искусства, а иезуиты, кроме того, что германизировали чешское общество, также тщательно заботились о библиотеках, церковных школах и вообще о просвещении народа.

Например, в данный период известный Карлов мост, в сущности готический, заполнился прекрасными статуями, созданными лучшими скульпторами и превратился в настоящую гордость Праги, которой он остался до наших дней. Самым любимым святым названного периода стал мученик конца 14-го века, викарий Йоганек из Помука, вошедший в историю под именем святой Ян Непомуцкий. Бывший заместитель пражского архиепископа был казнен королем Вацлавом Четвертым по политическим причинам, однако среди народа вскоре появилась легенда, согласно которой Йоганек из Помука был казнен за то, что отказался королю выдать тайну исповеди королевы.

Католики эту легенду использовали в противовес легенде о мученике Яне Гусе. В 1719-м году было в связи с планированным включением Яна Непомуцкого в число святых обнаружено первое чудо - при осмотре останков викария, схороненных в пражском соборе святого Вита, оказалось, что в его черепе сохранился почти неповрежденный язык. В наши дни известно, что на самом деле речь шла о разложенной на составные части мозговой ткани, которая попала в нижнюю часть черепа и там законсервировалась. Но в те времена на основе этого Яна Непомуцкого в 1729-м году провозгласили святым, и вскоре он приобрел почти невиданную популярность среди простого народа. Чехи его восприняли не как католического святого, а как героя-мученика, сражающегося со злым королем.

Чтобы сохранить историческую достоверность, нам необходимо затронуть также некоторые отрицательные личности эпохи чешского барокко. Безусловно самым известным - прежде всего благодаря книге «Темно» Алоиса Йирасека - стал священник, проповедник и воинственный цензор Антонин Кониаш. Писатель Алоис Йирасек его в своей книге, изданной в 19-м веке, изобразил как фанатика с почти гитлеровскими чертами, сжигающего все чешские книги, которые ему попадались под руку, однако действительность, как всегда, не такая простая...

Антонин Кониаш родился в 1691-м году и был воспитан орденом иезуитов. Действительно он стал страстным преследователем еретиков и любой ереси вообще, но одновременно был также очень образованным человеком и самоотверженным проповедником, который постоянно разъезжал по Чехии, чтобы проповедовать всюду, где только возможно. Таким образом он успевал проповедовать пять, шесть раз в день. Он никогда не был вполне здоровым человеком, однако, проповедничество он считал приказом от Бога, и часто проповедовал или исповедывал верующих при жестоком морозе или в болезни.

Естественно, Кониаш был фанатиком, при жизни он конфисковал и сжег более чем 30 000 запрещенных книг и его неприятный, визгливый голос действительно напоминал выступления диктаторов, однако он ни в коем случае не был единственным виновником всего содеянного. Кроме своего пресловутого произведения «Ключ», то есть полного списка всех Ватиканом запрещенных книг, изданного впервые в 1729-м году он написал также «Гербарий лекарственных растений», несколько религиозных песенников и создал много переводов западноевропейской христианской лирики на чешский язык.

Когда в 1760-м году патер Кониаш скончался, он стал символом национального и религиозного угнетателя, ответственного за злодеяния всех своих соплеменников из числа иезуитов. Многие из них вели себя гораздо хуже, чем он. Патер Якуб Фирмус, например, привык наступать еретикам на босые ноги подошвами с гвоздями. Однако Кониаш до наших дней остался подходящим козлом отпущения.

05-01-2004