«Велеград вас зовет!»

05-07-2015

1985 год. По Чехословакии гремит VI спартакиада, прославляя идеалы коммунизма. А в то же самое время в Моравии проходит событие, которое эти самые идеалы подрывает. Народное паломничество на Велеграде, вошедшее в историю под названием Велеградское паломничество, прошло по случаю 1100-летней годовщины со дня смерти Святого Мефодия, и, одновременно, стало одним из крупнейших паломничеств в истории Чехословакии, но также – антикоммунистических демонстраций за период существования коммунистического режима.

Народное паломничество на Велеграде в 1985 г. (Фото: Архив Института по исследованию тоталитарных режимов)Народное паломничество на Велеграде в 1985 г. (Фото: Архив Института по исследованию тоталитарных режимов) Историю христианских проповедников Святых Кирилла и Мефодия знает каждый. Их почитают на Западе и на Востоке. Но каждый народ – по-своему. В России они известны, прежде всего, как создатели старославянской азбуки – глаголицы. Для многих других народов Святые Кирилл и Мефодий – прежде всего, проповедники христианства, но для чехов они занимают совершенно особое место в истории, культуре и становлении народа. В 1980 году Папа Римский Иоанн Павел II провозгласил Святых Кирилла и Мефодия вместе со Святым Бенедиктом покровителями Европы, а также главными покровителями Моравии. Традиционно в Чехословакии праздник этих святых отмечался 5 июля, то есть в день смерти Святого Мефодия. Именно на этот день, точнее на ближайшие к нему выходные – 6 и 7 июля в 1985 году была назначена значительная акция – Велеградское паломничество. Празднование было также приурочено к присуждению Золотой розы – награды Папы Римского Велеградской базилике Вознесения Пресвятой Богородицы и Святых Кирилла и Мефодия. Сам Папа Иоанн Павел II должен был тогда приехать на Велеград, но коммунистическое правительство не дало на это разрешения, и вместо него приехал его ближайший соратник кардинал Агостино Казароли. Власти преследовали католических активистов, которые написали петицию в поддержку визита Папы Римского, а самому паломничеству предшествовали многочисленные аресты и запугивание верующих католиков.

«Мы – это результат миссии Кирилла и Мефодия. Если вы бы вы искали ответ на вопрос, что объединяет Чехословакию – так это именно Святые Кирилл и Мефодий. Потому что их миссия – это распространение христианства в Чехии, Моравии и Словакии. И уже от нас христианство через Святого Войтеха распространяется в Польшу. Миссия Кирилла и Мефодия стала основой нашей государственности, эмансипации, цивилизации – всего. Они приносят нам письменность, переводят библейские тексты на славянский язык. Для нас это не просто религиозная миссия, это миссия культурная. С их приходом мы вступили в культурную среду, которая, в сущности, ведет нас и сегодня. С приходом письменности мы вступили в историю письменной культуры и стали частью истории Центральной и Восточной Европы», - рассказывает историк Ярослав Цугра из Института современной истории.

Святый Кирилл и МефодийСвятый Кирилл и Мефодий Культурная составляющая миссии Святых Кирилла и Мефодия сегодня очевидна. Вопрос состоит в том, удалось ли чешскому народу через столетия сохранить ее религиозную составляющую. Несмотря на то, что сегодня чехов принято считать одной из наиболее атеистически настроенных наций, так было далеко не всегда. Еще в 1950-е годы во время последней переписи населения, в которой указывалась религиозная принадлежность, было зафиксировано, что более 80% населения Чехословакии принадлежат к христианскому вероисповеданию. Но одно дело принадлежность, а другое – самоотождествление с образом жизни и идеалами, которые человек должен был исповедовать, причисляя себя к верующим. И на территории Чехии, в отличие от Моравии и Словаки, это самоотождествление было слабее всего. К этому добавилась и настоящая борьба, которая развернулась против религиозных институций в Чехословакии после февраля 1948 года. Монашеские ордена были разогнаны, монастыри закрыты, католическое образование было упразднено. К 1960 году на территории Чехии и Моравии не осталось ни одного епископа. И если, например, в соседней Польше, давление на церковь прекратилось после 1956 года, то в Чехословакии оно продолжалось очень последовательно и жестко. Во всех этих факторах можно искать корни того, что именно в религиозном действе – в Велеградском паломничестве – люди почувствовали возможность выразиться, вдохнуть воздух свободы, хотя в реальности пока еще ничто ее приближение не предвещало.

«Велеградское паломничество, которое прошло в 1985 году, интересно по многим причинам. Но одна из важнейших – это то, что впервые после 1968 года христианство проявляет себя как нечто, что имеет свою собственную жизнь, существует в народе и публично заявляет о себе. После 1968 года антирелигиозная политика не вела к полной атеизации, но вела к тому, что вся религиозная деятельность была заключена только в костелах или же ушла в подполье, где проходило тайное изучение религиозных дисциплин. Однако официально христианство себя не представляло, несмотря на то, что несколько попыток показать, что католичество живо в Чехословакии было. Одной из таких попыток был Миллениум Пражского епископства в 1983 году – тысячелетие с момента основания этой институции. Но режиму удалось подавить эту попытку и стереть, выместить память об этом событии с пространства общественного сознания, запретив традиционные паломничества, походы в костелы, поездки в Старую Болеслав. Религиозная жизнь в Чехословакии угасла, и ее было практически не заметно. В этом смысле Велеградское паломничество, этот перелом, не является громом среди ясного неба, поскольку происходит множество подпольных действий, оживление отношения молодежи к христианству, как реакция на безнадежность периода нормализации, который здесь господствовал», - продолжает историк Ярослав Цугра.

Историк Ярослав Цугра (Фото: Архив Карлова Университета)Историк Ярослав Цугра (Фото: Архив Карлова Университета) Уже с конца 1970-х годов государственный аппарат регистрирует рост активности среди католической молодежи и интеллигенции, ведет наблюдение за встречами в приходах, наблюдает за действиями тайных монашеских орденов. Госбезопасность также отмечает увеличение численности ордена францисканцев. Так как их деятельность была запрещена на территории Чехословакии, подпольные монахи основывали множество маленьких коммун, где жили молодые люди. Например, еще в 1983 году прошла акция «Вихрь», в ходе которой было арестовано множество молодых францисканцев. В таких условиях наступает 1985 год, когда Папа Римский Иоанн Павел II выразил желание посетить Чехословакию. Он не скрывал своего стремления помочь верующим в странах социалистического блока, жизнь в котором он испытал на собственном опыте. Папа Иоанн Павел II в раках чехословацко-ватиканских переговоров призывал к решению глобального вопроса религиозных свобод, поэтому очевидно, что для коммунистических властей визит такого человека был не то, что нежелателен – невозможен.

«Люди были очень разочарованы, поскольку изначально предполагалось, что на это юбилейное торжество на Велеград приедет Папа Римский. Он с радостью ответил на приглашение в письменной форме, эти письма хранятся у нас в Институте. Но для коммунистических властей это было неприемлемо, они опасались больших собраний верующих и тех, кто хотел бы увидеть Папу Римского. Они опасались того, что приедут паломники из Польши, где в середине 1980-х годов политическая ситуация была для коммунистов драматической. Наш режим ничего подобного не хотел, поэтому было попросту сказано, что этот визит не позволяется. Так что еще одним моментом Велеградского паломничества было единение с Папой Иоанном Павлом II и выражение жалости от того, что он не приедет», - рассказывает Маркета Долежалова из Института по изучению тоталитарных режимов.

Итак, визит Папы Римского Иоанна Павла II на Велеградское паломничество оказался невозможным. Но представители властей, как мы уже отмечали ранее, все же позволили приехать на паломничество кардиналу Агостино Казароли. В любом случае, коммунистический режим опасался готовящейся акции, и решил обернуть ее в интересах своей политической пропаганды. Но главный удар произошел тогда, когда информация о мерах, которые власти планировали предпринять, просочилась в подполье. Тайный документ быстро распространился через самиздат среди верующих и по зарубежным телеграфным агентствам. Министр культуры Милан Клусак в ответ на протест кардинала Томашека отрицал его подлинность, тем не менее, действия государственных органов красноречиво свидетельствовали об обратном. Официально паломничество было запланировано на 6 июля, однако, молодежь стала собираться к месту действия еще в пятницу – 5-го числа.

Игнацу Мухе во время Велеградского паломничества в 1985 году было 18 лет. Он рассказывает о том, каково было быть верующим в то время, и как он узнал о том, что состоится Велеградское паломничество.

«Я родился в семье верующих. В период коммунизма оставаться христианином и верующим было очень сложно, поскольку со стороны режима мы неустанно подвергались гонениям. Что касается различных паломничеств и подобных мероприятий, я в то время все это не любил. Туда ездили в основном бабульки, и меня, молодого человека, это совершенно не привлекало. Так что ехать в Велеград собственно из-за паломничества я тогда не хотел. Однако в то время мы находились в тесном контакте с отцом Мадром, который был одним из наиболее долго преследуемых священников в 1950-е годы. В 1970-80-е годы он вел подпольную деятельность, поскольку официально работать ему было запрещено. Он занимался распространением самиздата, приносил нам домой различную самиздатовскую литературу, откуда мы распространяли ее далее. Мы состояли в подпольной салезианской группе молодежи, а также вели скаутские отряды. Однажды отец Мадр сказал нам, чтобы мы отправлялись на Велеградское паломничество, и что это будет переломный момент, и там должно присутствовать как можно больше молодых людей».

Фото: Архив Института по исследованию тоталитарных режимовФото: Архив Института по исследованию тоталитарных режимов Неудивительно, что при всех обстоятельствах, сопутствовавших религии в те годы, молодой человек мог пережить кризис веры. Как рассказывает Игнац Муха, тогда главной мотивацией для поездки на Велеградское паломничество для него стал тот факт, что эта акция еще до ее начала готовилась как антикоммунистическая.

«Мне было интересно в этом мероприятии именно то, что это была антикоммунистическая деятельность. Тогда говорилось, что это будет большая встреча молодежи, на которой произойдет демонстрация силы людей, которые стоят за кардиналом Томашеком. Коммунисты тогда называли кардинала «командиром без армии». Кардинал Томашек выступал за свободу церкви и за права человека, а коммунисты ему на это говорили, что за ним никто не стоит. Так что это паломничество должно было также стать поддержкой кардиналу Томашеку. Так что мы тогда собрались с братом и друзьями, и отправились вечером поездом в Моравию».

Маркета Долежалова в 1985 году училась в Карловом университете на отделении русистики. Тогда они отправились на Велеградское паломничество вместе с молодым человеком. Она рассказывает свою историю.

Маркета Долежалова (Фото: Архив Института по исследованию тоталитарных режимов)Маркета Долежалова (Фото: Архив Института по исследованию тоталитарных режимов) «Моя семья родом из Восточной Чехии. Это была традиционная семья верующих. Но, разумеется, в то время родители занимали интеллектуальную позицию, мама работала в сфере строительства, и, откровенно говоря, родители мой интерес к вере не поддерживали. Когда молодой человек учился в институте, он должен был пройти через собственную конверсию и сам интересоваться вопросами веры. Поэтому мы посещали тайные кружки, которые вели священники без государственного разрешения на ведение религиозной деятельности. Но их также вели и некоторые действующие священники. Мой приятель учился на медицинском факультете, и у него было много друзей с физмата. Все они посещали тогда базилику Святой Маркеты и Святого Войтеха в Бржевнове, где служил отец Алоис Канский. Позднее мы узнали о том, что он был вынужден вести сотрудничество со Службой госбезопасности, но тогда этого никто еще не знал. Он выступал очень суверенно, у него было государственное разрешение, но на стороне по вечерам он вел еще и подпольные кружки для студентов. Я тоже несколько раз посетила его кружок, но среда физиков, математиков и естествоиспытателей мне не слишком импонировала. Они имели несколько иные взгляды на некоторые вещи. Среди интересующейся религией молодежи распространялись листовки о Велеградском паломничестве, но, в большей мере все там слушали иновещание – Голос Америки, Свободную Европу. Словакам удалось передать за рубеж воззвания, адресованные молодежи. Так что, насколько я помню, мы отправились в Велеград после того, как это воззвание прозвучало по радио».

Игнац Муха был среди тех, кто приехал в Велеград еще 5 июля.

Фото: maticevelehradska.czФото: maticevelehradska.cz «Ночью проходила встреча приехавших на лугу, где был установлен мегафон, который вращали по кругу. Полицейские там проверяли у нас документы, но никто нас не бил, в этом смысле все проходило спокойно, но, конечно, они вселяли ужас. На этой встрече на лугу читались религиозные тексты, люди произносили совместные молитвы, мы во всем этом также принимали участие. Потом мы спали под открытым небом, и так как было довольно прохладно, то где-то часа в четыре или в пять мы встали и отправились в центр Велеграда на главную площадь. Там еще практически никого не было, так что я попал прямо к трибуне. Мне там удалось сделать несколько фотографий. Мы там простояли одно богослужение, потом другое, потому что они там следовали практически друг за другом. А потом настал черед главной мессы, и тут произошло нечто, что тогда еще не было известно. Коммунисты знали, что это паломничество посвящено Кириллу и Мефодию, и что туда приедет много народа, поэтому боялись этого. Они назвали происходящее мирной встречей, повсюду были развешены плакаты с лозунгами. Перед главной мессой, которую должен был служить Агостино Казароли, выступил председатель районного народного комитета Зденек Лапчик. Он начал богослужение своими коммунистическими фразами. Тут-то и произошло нечто, что коммунисты никак не ожидали – народ начал свистеть, кричать и выражать несогласие. Его речь была написана на бумажке, поэтому он не мог и не имел права импровизировать. Он прочитал фразу – поднялся крик, вторую – крик, а потом его уже вообще перестало быть слышно».

Следующим освистанным оратором стал занимавший тогда пост министра культуры Чехословакии Милан Клусак. Он старался импровизировать, и как-то реагировать на протесты публики. Например, когда собравшиеся скандировали: «Мы хотим свободу религиозных проявлений», Клусак отвечал им: «Так ведь она у вас есть». Разумеется, Кирилла и Мефодия коммунисты старались представить чуть ли не первыми коммунистами, отбрасывая слово «святой». На это верующие активно протестовали криками «Святой! Святой!» и «Мы хотим видеть Папу Римского!».

Кардинал Агостино Казароли во время богослужения на Велеграде (Фото: maticevelehradska.cz)Кардинал Агостино Казароли во время богослужения на Велеграде (Фото: maticevelehradska.cz) После коммунистических ораторов-неудачников на трибуну вышел под овации «Vivat Casaroli!» кардинал Агостино Казароли.

Кардинал Томашек вышел на трибуну под многочисленные овации прочесть послание от Папы Римского, поскольку собственное выступление ему было запрещено коммунистами.

«Это паломничество выполнило свою миссию, прежде всего, в том, что это было первое открытое проявление непослушания против того режима, который держал людей за горло все эти 40 лет. Понятно, что кардинал Томашек, наверное, поплатился потом за это, но, с другой стороны, он открыто получил от людей поддержку, которую он должен был получить. Все и так, бесспорно, его поддерживали, просто люди боялись об этом открыто заявлять, потому что многие из их окружения уже за это поплатились, и остальные боялись, что придет и их черед», - вспоминает Игнац Муха.

Хотя на паломничестве присутствовало множество агентов чехословацкого КГБ и сотрудников спецподразделений, были также подготовлены водяные пушки, однако, разгона собравшихся не произошло. О том, что агенты госбезопасности действительно присутствовали на Велеградском паломничестве, вспоминают сами участники.

«Лично у меня такие воспоминания еще с самого начала 6 июля, потому что мы пришли не вечером, а добрались туда только рано утром между семью и восьмью часами, и сразу поняли, что уже поздно для того, чтобы попасть прямо к установленному там переносному алтарю, чтобы поближе увидеть кардинала Томашека или кардинала Казароли. Так что единственным решением было влезть на невысокие хозяйственные постройки, которые там находились. Так мы и поступили. Мы стояли на самом краю, а рядом были такие неприятные люди, одетые в гражданское, которые старались молодежь стащить с крыши, аргументируя это тем, что находиться там небезопасно. Они стаскивали девчонок за юбки и за ноги вниз, а другие ребята нас, напротив, тянули обратно на крышу. Так что я подозреваю, что это и были сотрудники Службы госбезопасности, и речь не шла о нашей безопасности, потому что своими действиями они как раз и подвергали нас опасности», - вспоминает Маркета Долежалова.

Велеград (Фото: Андреа Файкусова, Чешское радио - Радио Прага)Велеград (Фото: Андреа Файкусова, Чешское радио - Радио Прага) На паломничестве верующие пели песнопение, посвященное Кириллу и Мефодию «Боже, что тебе было угодно» (Bože, cos ráčil) и, главное, его последний «запрещенный куплет», который по приказу коммунистических властей должен был быть исключен из новых изданий молитвенников. Очевидцы после говорили, что смятение на лицах некоторых присутствовавших в момент исполнения этого куплета надежно идентифицировало сотрудников КГБ, поскольку они его не знали, а в новых изданиях не могли его найти.

«У человека есть определенная интуиция. У женщин она сильнее, чем у мужчин. Так что когда вы видите, что кто-то не участвует во всеобщем ликовании и стоит насупленный, и вообще, ведет себя противно… Например, частью католического богослужения является так называемое приветствие покоя, когда люди в определенный момент подают друг другу руку. Вы смотрите в глаза этому человеку и говорите: «Мир тебе», а он или не хочет подать тебе руку, или подает, но смотрит на вас с ненавистью, и вы уже понимаете, кто стоит рядом с вами. Можно было это понять и тогда, когда мы начали свистеть и кричать, а эти люди вели себя по-другому. Одним словом, вы просто видите человека, который не настроен с толпой на одну волну», - продолжает Игнац Муха.

Как у вас уже была возможность убедиться, сохранились многочисленные аудиоматериалы с Велеградского паломничества. Игнацу Мухе также удалось сделать запись на небольшой кассетный магнитофон, который был у него с собой. Как рассказала Маркета Долежалова, существуют и видеозаписи, на которых запечатлено паломничество.

«Сегодня уже известно, что там было телевидение. Государственное там было, скорее, напрасно, потому что все, что там было записано, вряд ли могло быть показано. Все эти выкрики, свист… Но там было австрийское телевидение, которое уехало немного раньше, и уже вечером весь снятый материал они пустили в эфир. А в южной Моравии можно было неплохо ловить австрийское вещание. В газетах потом, разумеется, появились заметки, что группки неорганизованной беспризорной молодежи пытались нарушать порядок. Были там и люди, которые фотографировали, делали записи, но они должны были убеждать собравшихся, что делают это с добрыми намерениями, чтобы те не прятали лица».

Кардинал Франтишек Томашек (Фото: Martin Davídek, Wikimedia Commons, License CC BY-SA 3.0)Кардинал Франтишек Томашек (Фото: Martin Davídek, Wikimedia Commons, License CC BY-SA 3.0) Ход Велеградского паломничества оказал сильное влияние на дальнейшую организацию паломничеств и религиозную жизнь в Чехословакии. Тогда еще никто не предполагал, что будет в 1989 году, и меры, принятые властями, хоть и не были столь жестокими, как в 1950-е годы, тем не менее, имели место. Гигантский провал пропаганды, сбой работы Службы госбезопасности и других органов в предотвращении массовых собраний, пропагандирующих противорежимные настроения, невозможность манипулирования собравшимися массами – все это вело к введению различных мер. Начались репрессии, с одной стороны, против верующих, подозреваемых в причастности к организации мероприятия (организационный импульс шел изначально от словацкой церкви), с другой – в целом против организации паломничеств. Успешными они, однако, были лишь на чешской территории.

«А потом пришла оценка произошедшего. С одной стороны – триумф кардинала Томашека, это было невероятно, это было чудо. С другой стороны, - и здесь я цитирую государственную администрацию, поэтому не знаю, насколько точны эти данные, - оломоуцкий епископ Врана заявил, что Велеград – это был позор церкви, поскольку Врана был сторонником режима, и все это было для него неприятным событием. Власти и госбезопасность проводит затем детальный разбор всего паломничества, пересматривает видеозаписи, которые были там сделаны, и открывает серию акций «Паломничество». Выявляются активисты и организаторы. Ряд священников лишили разрешения на ведение религиозной деятельности. Планируется усиление мер по предотвращению подобных акций во время других потенциальных паломничеств. В Словакии эти меры не имели успеха, и на традиционные паломничества в Левочи и Шаштине приехало множество верующих. Конечно, это не такое огромное количество, а около 60 тысяч, но режим все равно потерял над этим контроль», - рассказывает историк Ярослав Цугра.

Еще одним итогом было то, что произошла переоценка всей ситуации в целом. Католический активист и диссидент Вацлав Бенда написал статью «Как быть дальше после Велеграда?», в которой он отмечает, что церковь – это то сильнейшее, что есть в Чехословакии с точки зрения оппозиционных возможностей, и именно она станет основанием для «свержения режима».

«Тем не менее, необходимо осознать, что, по всей вероятности, та часть пришедших на Велеградское паломничество, которая свистела и кричала – это меньшинство. Конечно, многие к ним подключились, учитывая царившую атмосферу. Остальные пришли туда, кто из любопытства, кто по действительно религиозным соображениям, и вовсе не планировали после этого продолжать какую-либо конфронтацию по отношению к режиму. Так что мысль, что церковь является активной оппозиционной силой, вероятно, была несколько преувеличена. С другой стороны, нужно признать, что Госбезопасность также обратила внимание на потенциальную угрозу, и на то, что церковь обладает значительными возможностями мобилизации», - подытоживает историк Ярослав Цугра.

Действительно важным моментом Велеградского паломничества стало то, что люди встретились в вере, поняли, что они в ней не одиноки, как многие из них предполагали до этого, что они могут высказать свое мнение, что ранее в тотальном маразме коммунистического строя казалось нереальным.

Мы отдельно благодарим Институт по исследованию тоталитарных режимов и господина Лубоша Голоубека за предоставление аудио материалов, прозвучавших в нашей программе.

05-07-2015