Судьба оперы Леоша Яначека «Судьба» в руках американского режиссера Роберта Вильсона

19-04-2002

В пятницу в Праге в Национальном театре состоится историческая премьера. Судьба, наконец, смилостивилась над оперой Леоша Яначека «Судьба» и пражская публика впервые увидит ее на сцене главного оперного театра страны. До этого на родине композитора опера прозвучала лишь в концертном исполнении в Оперном театре имени Яначека в Брно. Почему? Рассказывает Елена Патлатия.

Леош ЯначекЛеош Яначек Оперу «Судьба» считают неудобной для театральной постановки. Причина – в нединамичности сюжета и в сложности языка, которым разговаривают между собой персонажи. Иными словами, в неудачности либретто, содержащего элементы автобиографии самого композитора. Действие происходит в Чехии на переломе веков. Главный герой оперы – композитор Житны, то есть, как бы сам Яначек. На курорте Лугачовице он встречает свою бывшую любовницу, Милу, с которой был вынужден расстаться под давлением ее матери. Мила, однако, родила его сына. Житны и Мила женятся. Однако мать Милы, которая не смогла перенести позора дочери, рождения внебрачного ребенка, а потом брака дочери с Житным, постоянно укоряет дочь, и в припадке безумия бросается с балкона, увлекая за собой и дочь. Проходит 15 лет. Вырос сын Житного. Сам композитор написал оперу, в которой описал историю своей любви и горя. Накануне премьеры не дописано последнее действие. «Его допишут небеса», - говорит Житны. Разражается страшная буря, ему мерещится призрак его любимой Милы. Рок дописал оперу: Житны и Мила встречаются в другом мире. Ни один из чешских режиссеров в течение почти ста лет так и не решился вынести на суд зрителей, на растерзание толпы, страдания и боль художника. Вероятно, это было слишком свято. И тогда известный американский режиссер Роберт Вильсон пришел с новым видением и пониманием как этой оперы Яначека, так и оперного жанра вообще.

Он исходит из того, что слушать оперу мы должны не только, что естественно, ушами, но и всем телом. И актеры тоже должны петь не только голосом, но и телом. И зритель, и исполнитель в театре должны приблизиться к чувственному восприятию животного, только так они смогут постигнуть или передать внутренний мир оперы, и, главное, музыки Яначека. Если принять во внимание, что опера как жанр не пользуется в сегодняшнем мире массовой популярностью у молодежи, и что сюжет «Судьбы» Яначека разительно уступает по напряженности и развитию страстей мексиканским сериалам, (и тем более, кого сегодня потрясет факт рождения внебрачного ребенка, да так, чтобы от этого сойти с ума!) – как привлечь публику и, главное, молодежь в оперный зал? Заинтриговать предложением чего-то необычного, созданного на основе инстинкта американского режиссера, который не знает нот, обожает тишину и для выражения художественных образов, мыслей, чувств и даже звуков предпочитает язык тела.

19-04-2002