«Человек в беде» на линии донбасского фронта

22-06-2017

Уже четверть века эта гуманитарная организация служит одним из символов Чехии за границей – ее сотрудники появляются там, где больше всего требуется помощь, где нужно накормить голодных и обогреть замерзших. На данный момент «Человек в беде» работает в тридцати двух странах, а за двадцать пять лет своей деятельности побывал в общей сложности в более чем пятидесяти и помог восемнадцати миллионам человек.

Отношения с Россией у организации складывались непросто. В 2003 г. в Чечне пропал ее сотрудник – Ибрагим Зязиков, супруг известной чешской журналистки Петры Прохазковой, которая также участвовала в работе «Человека в беде». В 2004 г. российские власти обвинили организацию в пособничестве чеченским боевикам, и ее работа там была прекращена.

«Человек в беде», Фото: архив организации «Человек в беде»«Человек в беде», Фото: архив организации «Человек в беде» Недавно лицензию на деятельность «Человека в беде» отозвали пророссийские сепаратисты. В 2015 г. администрация Донецка лишила большинство международных гуманитарных организаций права работать на подконтрольной территории, а в ноябре 2016 г. ДНР запретила работать и «Человеку в беде», которому приказали закрыть свой офис и склады с гуманитарной помощью, а всем иностранным сотрудникам – покинуть территорию непризнанной республики в течение 24 часов. В ЛНР чешская организация пока может продолжать свою работу, основной же платформой для осуществления гуманитарной миссии служит прифронтовая полоса со стороны украинских сил. Марек Штыс, посвятивший работе в гуманитарной организации 10 лет своей жизни, рассказывает о ситуации на востоке Украины.

«За последние три года Украина превратилась в одно из основных направлений нашей гуманитарной деятельности. А поскольку мы оказались единственной из иностранных гуманитарных организаций, которым удалось начать работать на подконтрольной сепаратистам территории, то на нас легла огромная ответственность по отношению к местным жителям, и мы стремились работать с максимальной отдачей, и оказывать помощь в достаточном объеме».

У самых нуждающихся нет даже еды

Чем, в первую очередь, занимается на Донбассе «Человек в беде»?

Марек Штыс, Фото: Шарка Шевчикова, Чешское радиоМарек Штыс, Фото: Шарка Шевчикова, Чешское радио «Помимо общего экономического упадка, обусловленного войной, тут требуется работа по трем главным направлениям. В первую очередь, это множество разрушенных домов, которые необходимо приводить в порядок. Это – деревенские дома на линии фронта, разбомбленные многоквартирные дома. Им требуется базовый ремонт – застекление, починка крыши, ремонт внутренних помещений. Это – первое. Второе – это наличие там беднейшей части населения, которая осталась жить в прифронтовой полосе и даже непосредственно на линии фронта. Они испытывают проблемы повседневного выживания – у них просто нет еды. Этот вопрос решается выдачей талонов на питание. А если люди не в состоянии добраться до магазина, мы сами развозим им еду. Третий основной вопрос – это вода. На востоке Украины большая часть воды поставлялась с запада, и главные линии водопровода пересекают линию фронта. Большая их часть была неумышленно или целенаправленно уничтожена, и несколько мест на подконтрольной сепаратистам территории оказалось полностью отрезано от источников воды. При этом населенный пункт, лишенный воды, перестает существовать, начинает вымирать, так что восстановить поставки питьевой воды и воды для гигиенических нужд – один из ключевых вопросов».

С любыми властями приходится договариваться

Какими принципами руководствуется «Человек в беде», который общается с властями ЛНР и ДНР – «республик», не признанных мировым сообществом, включая Чехию и Евросоюз в целом? Ведь здесь открытие так называемого консульства привело к резкой реакции со стороны чешского МИД.

Сотрудники «Человека в беде» в Луганской области, Фото: Роман Лунин /«Человек в беде» Сотрудники «Человека в беде» в Луганской области, Фото: Роман Лунин /«Человек в беде» «Есть одно-единственное простое правило – нравится нам это или нет, какие бы не были органы власти в том или ином месте, нам нужно с ними договариваться. Иногда местная администрация очень охотно идет нам навстречу, иногда менее охотно. Иногда они прислушиваются к тому, в чем нуждаются люди, живущие на контролируемой ими территории, иногда это игнорируют, однако мы каким-то образом должны договариваться, чтобы нас допустили к жителям, поскольку именно это – принципиальный вопрос. Та «красная линия», через которую мы никогда не хотим переступать – это то, что мы хотим знать, к кому попадает наша помощь, и что она действительно к этим людям попадает. То есть мы должны держать под контролем, чтобы нас конечный получатель – человек, который должен получить пакет еды, действительно его получает. И это является одним из ключевых моментов для принятия решения – где мы можем осуществлять нашу деятельность, а где уже больше не можем».

Между тем, проверить это, только находясь непосредственно на месте. «Человек в беде» осуществляет контроль с помощью своих чешских сотрудников или местных помощников. Иногда чешские активисты прибегают к помощи местных религиозных организаций. В целом, как подчеркивает Марек Штыс, чрезвычайно важно наладить надежную систему мониторинга потока гуманитарной помощи. Как определить, кто из партнеров достаточно надежен?

Иллюстративное фото: unicefukraine, CC BYИллюстративное фото: unicefukraine, CC BY «Иногда действует система полученных заранее рекомендаций, иногда – собственный опыт длительного сотрудничества. Однако и партнеров потом приходится в определенной степени контролировать. В некоторых регионах иностранцы имеют ограниченный доступ на некоторые территории…»

Хотя считается, что конфликт в регионе находится в «замороженном состоянии», Марек Штыс рассказывает, что там регулярно продолжаются перестрелки. Как сотрудник «Человека в беде» как очевидец оценивает перспективы развития ситуации?

«С большой долей вероятности можно утверждать, что ни в следующем году, ни в ближайшие несколько лет ситуация в районе конфликта не нормализуется. Между тем там остаются люди, живущие в непосредственной близости от «горячей зоны», по обе стороны разделительной линии, вынужденные ежедневно пересекать фронт боевых действий, передвигаться по территории, где идут бои и расставлены мины. И они будут и дальше там находиться, в то время как большая часть Украины живет нормальной жизнью. Вот такая парадоксальная ситуация там сложилась», – говорит Марек Штыс.

22-06-2017