О «Сексуарии в центре города» с Павелом Козаком

07-08-2004

Сегодня мы побеседуем с человеком, которого интерес к культуре привел к теме культурологии секса. О побуждениях к писательскому труду и о востребованности массовой аудиторией информации, касающейся интимной жизни, пойдет речь в нашей беседе с Павелом Козаком.

Павел КозакПавел Козак - Добрый день, дорогие друзья в России! Я очень рад, что могу вас приветствовать из Чехии, так как очень люблю русскую литературу. С удовольствием расскажу вам о книге, которую я написал. Она называется «Сексуарий в центре города». У нас, в христианской цивилизации, сексуальность всегда как бы означала что-то нечистое. И я раздумываю в этой книге об этом. Что произошло в Чехии? Говорят, что у нас - самый длинный бордель в Европе.

Подразумевая автомагистраль при выезде из Чехии в Германию, где предлагают платные сексуальные услуги...

- Да, шоссе Е 55. Даже в книге о сексуальности (имеется в виду книга Клиффорда Бишопа, вышедшая в Чехии в 2000 г., прим. ред.) о Чехии приводятся лишь два факта: о том, что король Карл IV имел четыре жены, и что у нас - самый длинный бордель в Европе. Здесь болгарские проститутки встречаются с немецкими отцами семейств, которые дома здороваются «Grues Gott!». С этим связано много криминальных преступлений, я хотел и пробовал вступить в эту проблематику культурным образом. В своей книге я даже цитирую «Необитаемые острова» Роберта Рождественского, хотя я и не знаю, как это звучит в оригинале. Я вообще очень люблю русскую литературу.

Где вы познакомились с русской литературой?

- Это было довольно странно. Когда был 1968-й год, мы знали, что некоторые советские граждане протестовали против вступления их солдат на территорию Чехословакии. И мне грустно, что некоторые - не только русские, но и граждане Польши и Венгрии извинялись передо мной в силу того, что я был гражданином Чехословакии. В то время я не хотел изучать русский язык, однако, к сожалению, тогда лишились своих должностей и некоторые профессора, и учителя. И мои родители помогли одной профессорше, как, впрочем, и мне: она стала учить меня русскому. И я полюбил Пушкина, читал Слуцкого и Валентина Распутина, правда, некоторых в чешском переводе.

Я хотела бы вернуться к началу вашего писательства. Что побудило вас писать?

- Я счастлив, что могу писать. У меня есть много проблем в личной жизни, но что касается того, что я писал - почти все было напечатано. У меня было много успехов. Вначале я просто писал для журналов. Потом был безработным и скучал. Меня приняли на работу библиотекарем в ВУЗе, но это было неинтересно: библиотека была плохая, никто туда не ходил, но в моем распоряжении был интернет. Я создал свой сайт - бесплатный. Я не получал прибыли, но и не вкладывал своих средств. В первую очередь, я начал публиковать на этом сайте свои статьи о новых музыкальных записях для альта, лютны и гитары, для струнных инструментов. На этот сайт за неделю заглянуло человек тридцать. Но потом я упомянул об одной певице из США, африканке китайского происхождения, что ее эротизм - не угнетенный, а культивированный, и начал писать о явлениях и феноменах сексуальности.

И после этого посещаемость вашего сайта заметно возросла?

- Потом я был очень удивлен. Когда я написал первую статью об императоре Рудольфе II и его Craizy hоrsе saloon, где я сравнивал живописные картины при его дворе с эротическим театром в Париже, ее поместили на сайт «Где и куда в Праге». Вскоре я увидел, что на сайте побывало 400 или 500 посетителей, возможно, это были туристы. В то время как раз праздновался юбилей Рудольфа II, по случаю которого в Праге проходила тематическая выставка. Позже я начал вести рубрику на интернет-странице «Воспитание мужчин в Чехии». Это перекликалось с популярным в то время бестселлером «Воспитание девушек в Чехии» (Vychova divek v Cechach, 1994, автор Михал Вивег, прим. ред.). Я писал о воспитании мужчин, чтобы они были внимательны к своим супругам. Спустя несколько лет количество посетителей этого сайта возросло до 150 тысяч. Поэтому я издал эту книгу классическим способом, на бумаге, а вообще это для меня нетипично, ведь я начинал писать в интернете.

То есть ваш сайт стал своеобразной исследовательской лабораторией?

- Это стало моей мастерской, хотя я и сам был еще ученик. Все же эта мастерская была лучше, чем популярный диван Зигмунда Фрейда. Мой сайт был лучше, так как во время дискуссий женщины рассказывали мне обо всем, так как оставались анонимными. Одна бывшая исполнительница стриптиза поведала мне много примечательного о мужчинах и женщинах. Поэтому я и говорю - мне работалось лучше, чем Фрейду.

Как относятся сексологи к вашим усилиям делать население более грамотным в такой деликатной области?

- Это интересно. Но является проблемой. Что касается сексологов, я думаю, что наше общество, и американское еще в большей степени, медикализировано. Даже в тех случаях, когда требуется специалист с юридическим, педагогическим или с эстетическим образованием, обращаются к врачу. А мой подход - культурологический. Если меня спрашивают, какими проблемами озабочена культурология сексуальности, я поясняю: к примеру, в рамках пропагандирования выставки на плакате была изображена полуобнаженная девушка, распятая на кресте как Иисус - это я воспринимаю как «свою» проблему. Также считаю, что когда главный эксперт США по гигиене в 1983 г. начал рассылку писем всем американским семьям (в них содержалось предупреждение об угрозе ВИЧ в связи с гомосексуальными практиками) - это был культурологический феномен, а не только сексологический, - убежден Павел Козак.

07-08-2004