«Спасибо, уходите!» - сказали правительству 10 лет после «бархатной революции»

17-11-2016

«Спасибо, уходите!» - сказала чешскому правительству 10 лет спустя после «бархатной» революции группа молодых людей. Эйфория и ожидание скорейших перемен – эти два чувства сменились нетерпением и разочарованием. «Оппозиционный договор», заключенный коалицией и оппозицией, стал последней каплей. За ним последовал призыв к отставке Милоша Земана и Вацлава Клауса из правительственных верхов.

Предыстория призыва «Спасибо, уходите!» (Děkujeme, odejděte!)

«Бархатная революция», Фото: Peter Turnley, открытый источник«Бархатная революция», Фото: Peter Turnley, открытый источник В 1998 году в Чешской Республике прошли досрочные выборы. Досрочные – потому что состоялись они, всего спустя два года после предшествовавших. Четырехлетний избирательный срок был сокращен специальным конституционным законом. В этих досрочных выборах победила Социал-демократическая партия под руководством Милоша Земана. Тем не менее, у нее не хватало голосов для составления правительства. Заключение коалиционного партнерства с коммунистической партией, занимавшей третью позицию, спустя 10 лет после «бархатной» революции, не рассматривалось в качестве реального варианта. Также не рассматривался вариант коалиции с «нерукопожатным» Объединением за республику – Республиканской партией Чехословакии. Остальные партии ситуацию не спасали. Тогда, после долгих переговоров, руководители обеих лидирующих партий, Социально-демократической и Гражданской демократической – Милош Земан и Вацлав Клаус – заключили договор, получивший название «Оппозиционного соглашения».

Данный термин «оппозиционное соглашение», полная формулировка, которого звучала как «Соглашение о создании стабильной политической среды в Чешской Республики, заключенное Чешской социал-демократической партией и Гражданской демократической партией» был сформулирован Вацлавом Клаусом и Милошем Земаном для обозначения сотрудничества их партий. После этого Милош Земан составил правительство меньшинства на целый избирательный период 1998-2002 годов. 26 января 2000 года соглашение было дополнено так называемым «Патентом толерантности», который сделал возможным сотрудничество при принятии госбюджета, и, в итоге, вылился в изменение избирательной системы при выборах в Парламент.

Иными словами, ГДП формально оставалась в оппозиции, при необходимости предоставляя свои голоса для принятия решений. В обмен на это им представлялся ряд выгод, носивших не столько политический характер, сколько экономический. Такое положение вещей удивило не только чешских и зарубежных наблюдателей. В наибольшем недоумении пребывали граждане Чехии.

«Оппозиционное соглашение», Фото: снимок сайта Правительства ЧР«Оппозиционное соглашение», Фото: снимок сайта Правительства ЧР «Сначала они, Клаус и Земан, вели друг против друга безжалостную кампанию, в которой проигравший уже не встанет на ноги, как в боксе. То, что этим двоим удалось договориться, что никто не выиграл и не проиграл, и теперь они чуть ли не братья по оружию, привело к тому, что оппозиция перестала существовать. В современном мире также существуют государства, где правит лишь один, и это называется диктатурой. Ну, а у нас оказалось, что двое функционируют, как один. Все органы были заняты их людьми, любое голосование уже было договорено, прежде чем прошло. Так не пришел ли конец демократии? Внезапно демократия перестала существовать в смысле освобождения от режима, который неустанно за вами следил и наблюдал. У вас появилась возможность открыто говорить о нем и писать, и вдруг внезапно все возвращается обратно. А эти люди, как Клаус, так и Земан, которые всегда называли себя демократами, начинают использовать средства, словно из другого времени. Это и привело нас к тому, что мы первые составили и подписали документ, который впоследствии стал известен как призыв «Спасибо, уходите!». С одной стороны, внешне всех все устраивало, но с другой, оказалось, что не довольны происходящим 250 тысяч человек – именно столько их подписало нашу петицию, а до конца 1999 года прошел ряд крупных манифестаций в ее поддержку», - рассказывает один из инициаторов призыва «Спасибо, уходите!» независимый обозреватель Йозеф Брож.

В «оппозиционном соглашении» Гражданская демократическая и Социал-демократическая партия обязывались, помимо прочего, уважать право победившей партии на составление правительства; уважать право проигравшей партии быть оппозиционной правительству; уважать право оппозиционной партии занять места председателей обеих палат Парламента ЧР; уважать право оппозиционной партии занять места ведущих контрольных органов, указанных в соглашении; не инициировать в период избирательного срока Палаты депутатов голосование о недоверии правительству и не поддерживать такое голосование. Далее в соглашении значилось: партии обязуются предложить такой проект Конституции и связанных с ней законов, которые бы усилили значение результатов соревнования политических партий; консультировать способ решения внешнеполитических и внутриполитических вопросов перед их обсуждением в Парламенте ЧР, с отдачей предпочтения стабильности, процветанию и положению Чешской Республике в мире. Партии обязывались не участвовать в переговорах и не заключать соглашений с третьими партиями, ведущих к ослаблению позиций в соответствии с «оппозиционным соглашением». Так, главой правительства становился Милош Земан, а пост председателя Палаты депутатов занял Вацлав Клаус.

Позиция несогласных

Моника Пайерова, Фото: Вендула Косикова, Чешское радиоМоника Пайерова, Фото: Вендула Косикова, Чешское радио Первые положения петиции «Спасибо, уходите!» появились на свет в легендарной кофейне «Славия», куда Йозеф Брож, Моника Пайерова и другие студенческие лидеры революции 1989 года пришли 17 ноября 1999 года. О событиях того времени вспоминает Моника Пайерова:

«В то время я вернулась в Прагу практически после десяти лет работы за рубежом. Тогда я занимала должность пресс-секретаря МИД. Как раз разгорелся конфликт в Косово, в Чехии вышло «оппозиционное соглашение». Одним словом, ситуация была ужасная. Я решила встретиться со своими друзьями по студенческому движению. Все они были в разных местах, и я хотела знать, как они смотрят на происходящее. Тогда пришел Власта Ежек, занимавший должность директора Чешского радио, Шимон Панек, глава «Человека в беде» и другие, все – люди разных взглядов, но все они, как один, сказали «Моника, это ужас. Хуже еще не было, это «оппозиционное соглашение» - катастрофа, потому что ГДП и ЧСДП разделили власть, перестала существовать разница между позицией и оппозицией, масштабы коррупции невероятны, как на Балканах. Одно счастье, что мы состоим в Совете Европы и НАТО». Тогда-то мы и решили воспользоваться ситуацией и приближающейся годовщиной «бархатной» революции, которая должна была состояться через несколько месяцев. Тогда я сказала ребятам, что нам будет необходим какой-то текст. Мы не можем просто так позвать людей на площадь и сказать, что мы, студенческие лидеры, не согласны с политическим устройством, с существующим картелем власти. Нужно подготовить текст, в котором мы объясним людям нашу позицию».

Итак, в своей петиции студенческие лидеры ноября 1989-го призывали всех главных актеров «оппозиционного соглашения» уйти в отставку. Первые десять положений набросал в черновом варианте Йозеф Брож.

«Так я решил, что для того, чтобы на этой встрече что-либо обсуждать, нужно что-то подготовить. И я подготовил. Но, в общем-то, я подготовил эти положения еще накануне – 16 ноября. В этот день проходила презентация книги историка Милана Отагала, который делал интервью со студентами. Мы встретились там, но ничего не могли сказать. И меня все время не покидало ощущение, что растет напряжение, и все хотят что-то сказать, но никто не в силах это произнести. Собственно, эта ситуация и послужила причиной моего звонка Монике Пайеровой, и ее звонков остальным людям. У нас было ощущение, что необходимо произнести накопившееся вслух. А то, что нужно было произнести, появилось уже на месте, в кофейне «Славия». Мы обсуждали эти мои 10 пунктов, и Игор Хаун взял их потом домой, переписал, и появилась патетическая петиция, которая носила название «Заявление студентов по случаю годовщины 17 ноября». Мне оно показалось слишком длинным, и я предложил его сократить, чтобы оно стало запоминающимся. Так получилось «Спасибо, уходите!». Мы произнесли это, а потом… Потом два-три дня ничего не происходило».

Первые результаты

Йозеф Брож, Фото: архив Йозефа БрожаЙозеф Брож, Фото: архив Йозефа Брожа Сначала Йозеф Брож планировал передать текст петиции агентству ČTK, но, как он сам вспоминает, по ошибке набрал номер Чешского телевидения. В это время было дежурство журналиста Патрика Кайзера, который, быстро разузнав, о чем идет речь, сказал: «Оставайтесь на Вацлаваке, сейчас я туда приеду, и сделаем прямой эфир». Так 19 ноября о петиции «Спасибо, уходите!» узнала вся страна, и во многих местах по всей республике прошли демонстрации в ее поддержку.

«Сегодняшняя встреча пройдет в духе трех основополагающих ценностей – спокойствие, порядочность и порядок, который мы все вместе будет здесь соблюдать. Нам говорят, что мы безответственны, когда созываем такое собрание. Но мы считаем, что это они ведут себя безответственно. Поэтому мы призываем вас, граждане, чтобы вместе с нами вы высказали свое мнение о современной политической и моральной ситуации в нашем обществе. То, что мы здесь – это проявление нашей ответственности», - такие слова звучали 19 ноября 1999 года на Вацлавской площади.

Один из авторов и подписантов Игор Хаун подчеркивал, что петиция адресуется всем гражданам, которых призывают не смиряться с цинизмом и высокомерием действующих политических лидеров:

«Эта петиция является призывом к тому, чтобы политики-профаны, которые уже «поизносились», ушли с занимаемых постов и освободили места тем, у кого будут силы, смелость и способность привести нашу страну в третье тысячелетие», - говорит Игор Хаун в архивном материале Чешского радио.

Среди главных требований подписантов на Вацлавской площади прозвучали: отставка правительства, расторжение «оппозиционного соглашения» между ГДП и ЧСДП и объявление досрочных выборов.

Шимон Панек в то время уже возглавлял гуманитарную неправительственную организацию «Человек в беде». Также как и многие граждане Чехии, он был разочарован, что развитие после революции идет так медленно, что множество людей в политике и бизнесе заботится не о благосостоянии общественном, а, преимущественно, о своем.

«Главным образом, мне не нравилось то, что политика оказалась «забетонированной» в рутинной деятельности. Мне стало казаться, что для главных политических лидеров – Земана и Клауса – перестал играть важную роль положительный прогресс и позитивное видение будущего. Они стояли на месте, и им было важно лишь удержать власть. Материализацией этого стало «оппозиционное соглашение». Мне не нравилось именно ощущение того, что часть политиков утратила ценностный этос «бархатной» революции и заботится лишь сама о себе, их не интересует продвижение Чехии к лучшему будущему», - вспоминает Шимон Панек.

Вацлав Клаус и Милош Земан, Фото: Архив Канцелярии президента ЧР Вацлав Клаус и Милош Земан, Фото: Архив Канцелярии президента ЧР В тот же день во Владиславском зале в Пражском Граде проходило вручение государственных наград. Слух о том, что студенческие лидеры 1989 года подписали петицию против действующего правительства, разнесся молниеносно. Люди, выходившие из Владиславского зала, пытались понять, что происходит. Внезапно прозвучали слова, что молодежь поддерживает и президент Вацлав Гавел.

«Этот призыв потом уже начал жить собственной жизнью. Люди где-то нашли его текст и стали выражать желание его подписать, так он превратился в петицию, хотя изначально это был призыв. Кстати, сначала там даже не было указано имен, кто конкретно должен уйти. Уходите вы все, кто уже свое отслужил, пришло время вам уйти – так это звучало. И все неустанно спрашивали – кто конкретно должен уйти? И тогда Игор Хаун сказал журналистам, что, мол, эти двое – Клаус и Земан. В какой-то момент это звучало как обращение к Гавелу, но потом уже прозвучали конкретные имена. Сам Гавел проявил к петиции интерес, но, парадоксально, первыми ею заинтересовались коммунисты и поддержали ее. Гавел же поддержал ее, когда понял, что адресат – не он. Шимон Панек, который был с ним знаком еще с ноября 1989 года, разъяснил ему это. После того, как Игор Хаун и Мартин Мейстршик назвали имена Клауса и Земана. Вацлав Клаус тоже попытался встретиться и обсудить ситуацию, но это ни к чему не привело, и лишь возникла конфронтация», - вспоминает Йозеф Брож.

Милош Земан тогда назвал призыв «Спасибо, уходите!» «пубертатным выкриком», а Вацлав Клаус также снял с себя ответственность за состояние чешского общества:

«Я бы очень рекомендовал этой группе студентов, чтобы они хорошенько оценили, что из представленных положений является их персональной фрустрацией из-за недостигнутого в жизни, а что из этого является истинной характеристикой состояния чешского общества».

Так или иначе, однако, отклик людей на призыв «Спасибо, уходите!», который впоследствии стал петицией, оказался неожиданно огромным. Подписанты указали два адреса – на Философском факультете Карлова университета и второй – на FAMU – Кинофакультете пражской Академии изобразительных искусств, по которым люди могли написать или прийти туда. В течение нескольких часов оба этих места были полностью заблокированы пришедшими.

Гражданский форум, Фото: ЧТГражданский форум, Фото: ЧТ «Потому что в глазах общественности мы, поколение студентов 1989 года, остались чистыми в том смысле, что практически никто из нас не ушел в большую политику, поэтому нам доверяли. То, что мы хотели видеть, будучи в студенческом движении, в Гражданском форуме, в окружении Вацлава Гавела, - прозрачная, чистая демократия, немного даже социализм с человеческим лицом, то есть, третий путь, - ведь мы не хотели сумасшедшего капитализма, - все наши надежды пошли прахом. Тогда перед выборами 2002 года многие люди надеялись, что мы создадим политическое движение, что «Спасибо, уходите!», - а потом к нам присоединились инициативы «Импульс 99» и «Чешское телевидение – дело общественное», - все это выльется в новую политическую партию. Надо сказать, что на Чешском телевидении люди чувствовали себя в опасности, потому что после заключения «оппозиционного соглашения» им стали диктовать, что может появляться в новостях, что вообще может идти в эфир. В это время я, кстати сказать, уже работала на Чешском телевидении над европейскими передачами. Кульминацией событий стала забастовка на Чешском телевидении. Мы оказались под страшным давлением. Нам настоятельно рекомендовали основать политический субъект, но мы чувствовали, что профессионально заниматься политикой мы не хотим», - вспоминает Моника Пайерова.

Кстати, с рекомендацией основать собственную политическую партию к первым подписантам «Спасибо, уходите!» обратился и Вацлав Клаус:

«Я думаю, они хотели убедить людей в правильности своих взглядов, так для этого существуют стандартные механизмы. Если эта шестерка хочет основать политическую партию, убедить избирателей, победить на выборах – так это в порядке. Иначе, я с их оценкой не могу согласиться».

Нет – большой политике

Подписанты призыва «Спасибо, уходите!», Фото: ЧТПодписанты призыва «Спасибо, уходите!», Фото: ЧТ Уже в 1999 году часть СМИ и политиков призывала подписантов «Спасибо, уходите!» к созданию движения или политической партии, однако, этого не произошло. Одним из тех, кто решил не строить политической карьеры после подписания петиции стал Шимон Панек:

«Разумеется, эта петиция вызвала некий прилив энергии, но я был одним из тех, кто выдвигал аргументы против создания политической партии. Уже тогда я понимал, что не в наших силах создать какое-то серьезное, функционирующее политическое движение, поскольку уже тогда различие во взглядах между подписантами было очевидно. Скорее всего, Йозеф Брож не согласился бы со значительной частью того, что предлагал Марек Бенда или я, и так далее. Конечно, мы сказали, что мы не согласны с тем, что происходит в обществе, и это нормально для демократического государства. Но лично я не ожидал, что это принесет какие-то перемены. Это часть дебаты, которая происходит в обществе, с тех пор подобных вещей было множество: «Импульс 99», «Тршебичский призыв», «Кромержижский призыв», «Трусы Земана», «Красная карточка Земану», демонстрации против Клауса. Это нормально для свободного общества, когда у каждого есть возможность высказать свое мнение о политике и политиках».

Тем не менее, как рассказал Йозеф Брож, некоторые из подписантов решили создать общественное объединение, чтобы можно было свои мысли преподносить общественности. В итоге, появилось два течения. Во главе одного из них встал Властимил Ежек, который хотел трансформировать его в политическую партию. Другое течение хотело стать действующей политической силой, и, наконец, в 2001 году появилась политическая партия под названием «Путь перемен» (Cesta změny). Ее председателем был избран Иржи Лобкович. В 2002 году выборы в Парламент оказались для партии неудачными. От «Пути перемен» один мандат получил Мартин Мейстршик, избранный независимым сенатором. С его уходом из политики в 2008 году партия фактически перестала существовать.

В 1990-е и сегодня

Моника Пайерова впоследствии основала движение «Да – за Европу» (Ano pro Evropu) с Вацлавом Гавелом, и принимала активное участие в деятельности, предшествовавшей вступлению Чешской Республики в Европейский союз. Ныне она продолжает придерживаться мнения, что политическим элитам, тем, кто «делает политику», люди не доверяют.

«Уже тогда существовал тот феномен, что если вам что-то говорил человек, занимающий определенную должность в министерстве, ему не доверяли. Мне кажется, что этот тренд еще более углубился. Сейчас люди еще больше не доверяют политическим представителям, поэтому и получается, что на выборах побеждают Дональд Трамп, Милош Земан или Андрей Бабиш. Они катятся на волне популизма – утверждают, что они не политики, что они – обычные люди, как мы с вами. И, разумеется, такими вот обычными людьми они манипулируют. Мне кажется, что сравнение с 30-ми годами ХХ века, которое сейчас часто повторяется в Европе, главным образом, заключается в том, что набирают обороты популистские, националистические, нетолерантные, направленные против иностранцев группы, которыми руководит вот такой популярный вождь».

Какими первым подписантам петиции «Спасибо, уходите!» из сегодняшнего дня видятся 90-е годы? Вспоминает Йозеф Брож:

Вацлав Гавел, Вацлавская площадь, ноябрь 1989г., Фото: ЧТВацлав Гавел, Вацлавская площадь, ноябрь 1989г., Фото: ЧТ «1990-е годы – это был такой период… когда все всё пробовали. На чешской политической сцене было три доминирующих личности. Из них ныне живут лишь двое – Милош Земан и Вацлав Клаус, и третьим был Вацлав Гавел. Именно они определяли атмосферу в обществе. Гавел – гарант и символ ноября 1989 года, гражданского общества и всего того, чему люди тогда звенели ключами на Вацлавской площади, и были счастливы, что наконец-то наступил конец коммунизма, и будет лучше. Вацлав Клаус тогда всем сказал: будет лучше, когда у вас у всех будут деньги, а я вам покажу, как их получить, будет приватизация, и все будет прекрасно. Людям сказали, что они получат купоны, и будут миллионерами. Все стояли очереди за купонами, но миллионерами не стали. А потом появился третий человек, который определяет атмосферу в сегодняшнем чешском обществе. Ему удалось привести социальную демократию к правительственным верхам. В 90-е годы преобладала, главным образом, линия Клауса – деньги, деньги и еще раз деньги. В конце 90-х годов произошло столкновение двух концепций – клаусовской, в которой доминировало представление о том, что всем управляет невидимая рука рынка, и концепцией Милоша Земана, который сказал, что здесь есть еще и обычные люди, и он выступает именно за таких обычных людей. И тогда граждане сказали: прекрасно, и что же дальше? И внезапно эти двое договорились между собой».

В чем же чешское общество 1990-х годов отличалось от сегодняшнего? Что изменилось с тех пор? На вопрос отвечает Шимон Панек:

Шимон Панек, Фото: Матей Палка, Чешское радиоШимон Панек, Фото: Матей Палка, Чешское радио «Общество, спустя 10 лет после революции, было разочаровано в том смысле, что оно ожидало, что перемены наступят быстрее. Часть чешского общества в экономическом отношении находилась на очень низком уровне. В сущности, большой разницы я не вижу. Возможно, общество было менее поляризованным, чем сегодня. Во многом это дело рук президента Земана, но и других актеров политической сцены, которые не предлагают никакого позитивного видения, никакой цели в будущем, ничего, за чем бы люди могли вместе идти, что объединяло бы народ. Земан говорит только о негативных вещах, собственно говоря, он систематически работает над разделением общества, и ему это удается. Я считаю, что чешское общество сегодня находится в гораздо более глубоком кризисе, чем было в конце 1990-х годов. Это проблема как колебаний, поисков, размышлений Западной Европы о себе, о будущем в целом, так и результат действий конкретно и в особенности президента Земана».

Моника Пайерова также находит параллели в ситуации сегодняшнего дня с ноябрем 1999 года:

«Интересно, что сегодня настроения подобные. Чешская интеллигенция стремится возобновить диалог с властью, которую сегодня представляют уже другие люди, но, на удивление, до сих пор там находится Милош Земан. И даже поговаривают, что Вацлав Клаус тоже планирует вернуться в политику в ходе президентских выборов, или, как минимум, поддержать ГДП в выборах парламентских».

Итак, чешское общество и ныне, в годовщину «бархатной» революции, ожидает перемен. Надеемся, что они будут скорейшими, и, конечно же – к лучшему.

17-11-2016