Агрессивность начинается с незнакомости

03-02-2004

По данным Чешского статистического управления, постоянно и на основании долговременных виз в Чешской Республике проживают чуть более 28 тысяч вьетнамцев, что составляет примерно 12 процентов от общего числа иностранцев в стране. Не секрет, что подавляющее большинство иммигрантов из Юго-Восточной Азии зарабатывают себе на хлеб торговлей. Как гласит вьетнамская народная мудрость: «Кто не торгует, тот не разбогатеет». Но далеко не все вьетнамцы в Чехии - торговцы. В этом могли убедиться все пришедшие на вечер, посвященный вьетнамской диаспоре в Чехии.

«Гвоздем» программы на вечере стал показ короткометражного фильма Петра Янчарка «Вьетнамцы», посвященного жизни вьетнамцев в Чехии. Героями картины стали двое молодых людей, выходцы из Вьетнама, получившие в Чехии образование и полностью интегрировавшиеся в чешское общество.

- Мы подумали, что лучше таким образом подать фильм, то есть посвятить его не вьетнамским торговцам, а людям, занимающим более высокую ступень в нашем обществе. Мы делали еще фильм о русских в Чехии, но русские у нас получились не так хорошо, как вьетнамцы, -

рассказывает об идее фильма режиссер Петр Янчарек. Ему и одному из героев ленты, программисту и математику Уену Пфам Ху, участники вечера могли задавать все интересующие их вопросы. Как реагирует Уен на то, что синонимом для обозначения его соотечественников в Чехии стало слово «торговец»?

- Мне не нравится, что, когда моих соотечественников показывают по телевизору, то чаще всего это съемка скрытой камерой.

Режиссер фильма Петр Янчарек подхватывает:

- Конечно, торговцы составляют большинство вьетнамской диаспоры у нас, именно поэтому важно было показать других представителей этого народа. Даже в моей собственной семье, когда я пришел домой и заявил, что буду снимать фильм об интересных людях из Вьетнама, я услышал: «А где у них палатка?». Такой подход надо ломать, вы не согласны?.

Уен приехал учиться в Чехию в 17 лет, сейчас у него здесь семья, работа, он получил чешское гражданство. Как он признается, ни во Вьетнаме, ни в Чехии он не чувствует себя полностью дома. В Чехии, наверное, больше, ведь здесь его семья. Детей они с женой, тоже вьетнамкой, пытаются заставлять говорить дома по-вьетнамски, но каждое вьетнамское слово им приходится выбивать из них с огромными усилиями. Дети быстро осваиваются в чешских школах и детских садах, привыкают общаться на чешском. Кстати, на вечере говорилось о том, что количество вьетнамских детей, посещающих чешские школы, растет.

- В Праге уже есть одна школа со специальным классом для вьетнамских детей. Только что приехавших в Чехию детей там обучают чешскому языку в течение года, а потом распределяют по обычным классам. В тех регионах, где живет много вьетнамцев, 2-3 вьетнамских детей в каждом классе - обычное дело,

- говорит сотрудница гуманитарной организации «Человек в беде», организовавшей вечер.

Несколько лет назад на Уена, вечером возвращавшегося домой в метро, напали 13-14-летние подростки. Его избили, никто не пришел ему на помощь. Не боится ли он повторения этого случая?

- Сегодня вечером я поеду домой на метро, вообще, в последнее время я несколько раз так ездил домой, и ничего не случилось.

- Не возникло ли у Вас желания после нападения собрать свои вещи и уехать из Чехии?

- В то время у меня не было паспорта, если бы это произошло сейчас, я бы уже здесь не сидел. Но сейчас ситуация изменилась в лучшую сторону. Я вспоминаю, что в начале 90-х мы с другом договорились встретиться в пивной. Я пришел туда первым, и мне отказались подать пиво. Давно уже ничего подобного со мной не случалось.

Нелестно отзывается герой фильма и о работе чешских государственных учреждений. Обычно его общение с чиновниками сводится к разного рода конфликтам. Вот свежий пример.

- Когда я получил чешское гражданство, чиновник мне сказал, что я должен оставить одно из моих двух имен. Я отказался выполнить это требование, и мне пришлось воевать с этим учреждением три месяца. Я даже подумывал об отказе от гражданства, если мне не позволят называться моими двумя именами. Но в итоге я выиграл, и очень этому рад.

Надо ли обсуждать в чешском обществе такие темы, спросили мы одного из героев фильма - Вацлава Трояна, бывшего коллегу Уена Пфам Ху и известного борца за права человека в Чехии.

- Разумеется, это надо обсуждать, ведь расизм и ксенофобия существуют во всем мире, и у нас тоже. Я убежден, что только когда мы будем об этом говорить, мы сможем уменьшить эти наши проблемы. Только образование, только широкая дискуссия может немного улучшить ситуацию.

Вместе с Уеном Пхам Ху Вацлав Троян одно время работал в Институте вычислительных машин, а потом они вместе работали над проектом для Чешских авиалиний.

- Я думаю, большинство этих напряжений существует, потому что мы не знаем этих людей, а всего незнакомого мы боимся. Если вы знаете людей, ходите к ним в гости, то страх исчезает. Агрессивность начинается с незнакомости. Знакомый человек уже не будет моим врагом.

Интересно, что некоторые участники дискуссии не скрывали своего пренебрежительного отношения к торговцам фальшивыми «адидасами» и «рибоками». «Всем известно, что вьетнамцы обирают наше государство, не платят налоги», - летело из зала.

Ответила на этот упрек моя соседка справа.

- Я работаю в Чешском статистическом управлении, где занимаюсь обработкой данных об иностранцах. И знаю, что информацию очень тяжело получить, в особенности, в экономической сфере. Точные данные о вьетнамцах, не платящих налоги, как и о чехах, не платящих налоги, неизвестны. Так что, тут факты подменяются нашими представлениями и фантазией. Меня другое интересует - когда я вижу зимнюю куртку за 290 крон, то всегда себя спрашиваю: черт побери, да кто же ее за такие гроши шьет? И как он выживает на заработанные деньги?.

На вопрос моей соседки крикун с заднего ряда ответить не смог.

03-02-2004